Книга Серийный убийца: портрет в интерьере, страница 145 – Александр Люксембург, Амурхан Яндиев

Я её один раз видел в комнате у брата с её подругой, где я пытался пошутить с ними, но подруга Марины меня укусила за плечо, и я ей дал кулаком в лоб и ушёл на кухню, где рассказал об этом матери, которая нам всем дала взбучку, поругала. И еще раз я её видел в комнате у брата с Мариной, где она отозвала меня в сторону, хвалила меня и что-то говорила, но я её не слушал, что-то поддакивал, но не помню, в чем дело и что к чему. А после мне нужно было ехать в Цимлянск, а она стояла около дома и увязалась за мной в Цимлянск на свою погибель.

Об образе жизни Наташи можно строить догадки, но многое самоочевидно: неблагополучная семья, достаточно вольный и провокационный стиль поведения (не всякая юная девица будет кусать за плечо малознакомого мужчину), готовность принимать денежные суммы и подарки от посторонних (и не за просто так, надо полагать). Каковы бы ни были моральные устои Наташи, она, безусловно, входила в группу риска. Ведь именно подобные, раскованные, сами себе предоставленные, шатающиеся по улицам и вступающие в шальные контакты девчонки чаще всего и нарываются на неприятности.

Что происходило реально в том злополучном овраге, где развернулась кровавая драма, можно только гадать. Наши знания о подлинных фактах в данном случае по воле обстоятельств более чем ограничены. Основным информантом является сам Муханкин, а у этого информанта, конечно же, свои цели, побуждающие его соответствующим образом препарировать информацию. Тем более, что не далее, как накануне убийства, 4 февраля, он, совершил нападения на Л.Б. и Р.С., не принесшие ему искомой разрядки. Эта осечка и предрешила, видимо, судьбу Натальи Г. Испытываемое напряжение становилось нестерпимым, а непутевая, разболтанная девчонка находилась в пределах досягаемости.

В протоколе допроса от 7 июля 1995 года Муханкин так охарактеризовал историю своего знакомства с Натальей Г. и обстоятельства, сопутствовавшие убийству:

У меня есть брат младший, от другого брака моей матери, по имени Роман Д. К Роману приходила его подруга по имени Марина. У матери я не жил, а только был прописан. Я иногда приезжал к ней и там видел эту Марину со своей подругой. Как её звали, я не помню, но опознать её смогу. Примерно в конце декабря 1994 года или в начале января 1995 года я находился дома, у своей матери. Когда в один из этих дней я выходил на улицу днем, то у подъезда встретил подругу Марины. Я собирался поехать в Цимлянск. Эта подруга Марины привязалась ко мне и поехала со мной туда. Я говорил ей, чтобы она отстала от меня. Я помню, что она просила у меня денег, признавалась мне в любви. На мои требования она не реагировала и продолжала следовать за мной.

Прибыв в Цимлянск, я вышел из автобуса на первой же остановке «Морская». Там, в ларьке я купил бутылку водки, пиво и решил где-нибудь это выпить. Девушка вышла из этого же автобуса и пошла за мной. По пути я присматривал себе какой-нибудь магазин или гараж, чтобы совершить оттуда кражу. Так мы прошли мимо каких-то организаций и вышли к железной дороге. К этой железной дороге подходил какой-то овраг, внизу поросший камышом. Там, у оврага мы вместе с этой девушкой распили водку и пиво. Она пила мало, в основном пил я. Здесь она продолжала объясняться мне в любви. Я попытался прогнать её от себя, но она укусила меня за правое плечо. Я не знаю, что со мной случилось после этого, у меня что-то «переклинило» в голове, и я стал наносить в различные части тела этой девушки удары имевшейся у меня тонкой отверткой. Что я делал дальше, не знаю, не соображал. С места этого я уехал, вернее, ушёл куда-то и там в какой-то организации переночевал. Проснулся я ночью и пошёл искать остановку. Я нашёл автобусную остановку и поехал в Волгодонск.