Книга КАТА, страница 150 – Екатерина Ааронова

— А зачем вам просить прощения, если вы не считаете себя виноватой?

— Вина… В моем случае она со мной всю жизнь… Это самое легко внушаемое чувство. Многие люди так ловко играют с ним, что иногда хочется…

— Что?

— Перестать испытывать вину за все вокруг. Перед всеми вокруг. Иногда это ранит так глубоко, что мне не хочется жить, – уже извергала я. – Хочу, чтобы это чувство перестало меня терзать, чтобы я начала жить свою жизнь, думать о себе. Но не получается. Я будто не живу, существую ради других и мне это омерзительно.

Психолог смотрел на меня так, будто это, наконец, было то, что он хотел услышать. То, что вырвалось из меня наружу. То, что принесло мне хоть мимолетное облегчение от того, что могу говорить с человеком, который не строит передо мной холодную стену, а действительно хочет понять меня. Мою суть.

— Каталея, давайте заключим с вами сделку в качестве небольшой авантюры?

— Какую? – напряглась я.

— Все очень просто, но вам придется сложно, – он наклонился в мою сторону. – Однако я могу вас уверить, что это будет самым первым шагом к тому, чтобы вы перестали обесценивать себя и свою жизнь.

— И что я должна буду сделать?

— Выбор за вами и только за вами. Я не могу повлиять на ваше решение, лишь предлагаю вам вариант, который будет гарантом выполнения нашей сделки с вашей стороны. Если вы ее примете, конечно. Тогда, и лишь тогда я смогу помочь вам.

— Хорошо. И что нужно делать?

— Только то, что есть единственное верное решение. Когда в следующий раз вы почувствуете, что боитесь и вам хочется спрятаться в себе. Когда поймете, что вот тот момент, когда ваши желания обесцениваются, приложите все усилия и переборите это. Сделайте ровно то, что сами хотите. Наплюйте на остальных, будто их нет. Поставьте себя в центре своей жизни. Как будто ничье мнение или желание для вас не существует. Освободитесь сами, и я смогу дать вам то, что вы хотите. Смогу помочь вам разорвать эти оковы и начать ценить вашу собственную жизнь, – он пронзительно посмотрел на меня. – Вы готовы ее принять?

— Да.

Теперь я была заперта в комнате с этой смердящей женщиной. Это произошло почти сразу, как те двое решили уединиться. Обсудить какие-то важные божественные дела. А мне сидеть тут окутанной вонью. Связанной этой гнилью во избежание попыток чего? Бегства? Или они боятся за своих вечных хрупких безумцев? И не сосчитать мне было тех пощечин, что она надавала мне за это время. Бесконечно прыгала, трепала меня за волосы, била. Ей это приносило пугающий восторг.

— Будешь? – спросила тетка, протягивая открытую бутылку вина, которую достала прямо из преисподней, так от нее разило. Или все уже смешалось.

— Ни в жизни, – сказала я, отвернувшись и смиренно готовясь к новому удару, который в итоге пришелся мне по лицу.

Та истерично засмеялась.

— А ты смешная.

После этих слов она принялась жадно поглощать вино, но стоило ей влить эту жидкость в себя, как тут же расплевала все по сторонам. Повсюду была какая-то грязь.

— Мерзость.

— Кто бы говорил, – пробубнила я, облизывая кровь с губы.

Тут очередная дверь полетела с петель. В нее ввалилась вторая такая же «красавица». Мне стало жутко. Теперь их двое.

— Эй, смотри что нашла, – она воодушевленно подскакала к моему суровому надзирателю с какой-то книжкой в руках.