Книга Grunge Pool Drive 85, страница 16 – Марьяна Куприянова

— Ну-ну, – усмехнулась я.

Мое внешнее спокойствие взбесило Патрика более всего остального.

— Какого хрена ты мне тут рожу кривишь?

— Патрик! Хватит!

— И правда, хватит орать, – я даже бровью не повела, так меня все это веселило.

— Слушай сюда, Сара. Еще одна такая выходка и ты вылетишь из моего дома на хрен. Поняла меня?

Я поднялась с дивана и подошла к нему почти вплотную.

— Я тебя не боюсь, Патрик. У тебя нет ничего, чем ты мог бы мне угрожать. Сделать мою жизнь еще хуже ты уже не сумеешь, и так достаточно постарался.

— Какая же ты узколобая, Сара. Твердишь одно и то же. Не надоело? Ты, должно быть, очень тупая, если до сих пор не поняла, что Гвен ушла ко мне, потому что разлюбила твоего отца и больше не хотела жить с ним против своей воли. Потому что твой отец – слабовольный кусок дерьма, который даже тебя чуть не угробил. Он разрушает все, к чему прикасается.

— Еще одно слово о моем отце, и я сожгу нахрен твою контору, – с ледяным спокойствием пообещала я.

Мужчина смотрел на меня с плещущей через край ненавистью, крылья носа раздувались и опадали, но больше он ничего не сказал, хотя, очевидно, очень жаждал продолжить эту яростную перепалку.

— Господи боже мой… Когда же это все кончится?.. – простонала Гвен, схватилась за волосы и вышла.

Держу пари, едва ее не стало рядом, Патрику захотелось броситься на меня так же сильно, как и мне на него, но мы сдержались и не стали избивать друг друга. В конце концов, когда-то очаг злости просто иссякает, опустошая тебя.

Наверное, Хартингтоны больше не позовут их в гости. Какая жалость. Я могла бы еще очень многое сказать, но не стала. Единственное, что я точно знала: мне нужно как можно скорее съезжать отсюда.

В комнате я взяла плеер и наушники, включила Billy Idol – «Eyes Without a Face» и по привычке отправилась созерцать уютные улочки Уотербери, пока дома все более-менее не успокоится. Песня как никогда точно гармонировала с моим нынешним настроением, да и погода тоже.

Где-то полчаса спустя посреди Скавилл-стрит, когда солист Dope в наушниках желал кому-то скорой смерти, меня застал приличный ливень. Небо быстро затянуло, и город вновь погрузился в уже известный мне эффект темного колодца. Я забежала под ближайший карниз, хотя уже достаточно промокла, и решила подождать, пока дождь стихнет.

Улочка обезлюдела, но из-за музыки в ушах и шума воды я не сразу услышала стук за своей спиной. Обернувшись, я увидела за стеклянной витриной молодого парня, лицо которого показалось мне смутно знакомым. Он стучал пальцем по стеклу, будто я была рыбкой в большом аквариуме, и слегка улыбался.

— Дуглас, – удивилась я, освобождая уши.

Тот самый парень из ломбарда, ну надо же! Он открыл дверь и любезно пригласил меня внутрь.

— Не думала встретить тебя еще раз, – призналась я.

— Взаимно, но Уотербери – город тесный. Тебе еще не раз предстоит в этом убедиться. Проходи.

— Куда?

— Сейчас все увидишь.

Дуглас провел меня по небольшому коридору, стены которого были завешаны черно-белыми картинами в красивых рамках, но я не успела их рассмотреть.

— Гулять по Уотербери без зонта – не очень удачная идея.

— Это я уже поняла. А где мы?

Вместо ответа Дуглас распахнул передо мной дверь, и я моментально поняла, что это за место. Вне всяких сомнений, я оказалась в тату-салоне. Все возможные поверхности, включая стены и пол, были усыпаны различными эскизами, словно осенние лужайки рыжей листвой. Некий логический порядок расположения имело только специальное оборудование и кресла для клиентов, все остальное, чем наполнено было это небольшое помещение, точно укладывалось в емкое понятие «творческий хаос».