Книга Горбовский, страница 74 – Марьяна Куприянова

Голос был громовой и очень требовательный, почти так же кричал и Маринин отец на своих солдат, и Марина настолько перепугалась, что, если бы она была этим самым Гектором, она бы скорее сбежала отсюда, чем пошла туда, откуда раздался крик.

Из помещения брызгая пеной у рта выбежал заместитель Зиненко и уставился на Марину. Казалось, он вот-вот спросит ее, куда она спрятала искомого Гектора.

— Мне нужен Гектор Стивенсон, – заявил заместитель, поправляя сбившийся галстук.

— Я не знаю, кто это, – почти безразлично пожала плечами Марина.

— Это неважно. У меня нет времени его искать. Здесь происходит отвратительная путаница с подопытными, это просто сумасшедший дом, – мужчина вдохнул. – Мне нужен Гектор Стивенсон, – с нажимом повторил он.

— Чем я-то могу помочь?

— Приведите его, черт возьми!

— Но где мне его искать? Как он выглядит?

— В микробиологии, американец он, – информировал заместитель и скрылся.

— Умереть можно от энтропии, – проворчала Марина, замечая в своем голосе те же нотки, которые слышала порою в голосе Горбовского.

Полученное задание, несмотря на сложность, освежило и воодушевило. Появилось занятие, на которое можно потратить время и отсрочить свое возвращение домой. «Микробиология, американец», – этого, разумеется, достаточно, чтобы найти человека, которого никогда в глаза не видел. Но заместителя это мало волновало.

Минут через десять по прибытии в южное крыло Спицына отыскала Сергея Ивановича Крамаря, чтобы узнать у него о местонахождении искомого Стивенсона. Точнее сказать, Крамарь сам ее нашел – они столкнулись лоб в лоб, во всеобщей суматохе не замечая, что движутся навстречу. Неожиданная для обоих встреча чуть не началась с ругани, но они тут же узнали друг друга. Крамарь – свою любимицу, Марина – мужчину, который внешне пока что нравился ей больше всех. Не работая с ним, она не могла оценивать его как ученого, но что-то подсказывало ей, что до Льва Семеновича Крамарю далеко. По уму они, может, и равны, только один относится к своим знаниям серьезно и умеет рационально их применять, причем жизнь этому посвятил. А второй… второй просто среднестатистический, особо не выдающийся сотрудник научно-исследовательского института, усердный, но не обладающий талантом.

«Поистине, Горбовскими рождаются», – время от времени думала Марина, подмечая неоспоримый профессионализм, всю глубину ума и непосредственность своего начальника. Точно так же она подумала и сейчас.

— Марина! Ты разве еще здесь?

— Да вот – слоняюсь, – она пожала плечами, растерявшись.

Крамарь выглядел обеспокоенным, как, собственно, и все в этот бешеный день. Заметив, что он торопится, Марина вспомнила о задании.

— Мне нужен Гектор Стивенсон.

Ничего более подходящего, кроме как повторить пресловутую фразу, с которой к ней обратился бестактный заместитель Зиненко, Марине в голову не пришло. Но Крамарю такой тон не показался странным.

— Сейчас скажу, он… – микробиолог задумался, – пять минут назад я видел его в нашем «зверинце», но тебе очень повезет, если он все еще там. Погоди, а зачем он тебе? Откуда ты его вообще знаешь? Он же только на днях прибыл, по обмену, так сказать.

— Американец, знаю. Меня за ним послали. Сергей Иванович, может, хотя бы Вы мне объясните, что за сутолока творится в НИИ весь день?