Книга Причина развода: у него другая семья, страница 83 – Ария Тес

Я сделаю ей больно, и за это себя ненавижу…

— Хорошо, — соглашаюсь тихо.

Мне нужно время.

Я подбирал слова, но все они вдруг становятся недостойными. Не теми.

Мне нужно время. Еще немного времени…

Мы идем в столовую. Алиса не оборачивается, но я вижу, как напряжены ее плечики. Тут же отвожу взгляд. Она путает мои мысли. Она обращает их в хаос, а мне нужно быть жестким. Я стараюсь себе напоминать, что взрослый тут именно я, и мне придется…

Киваю снова и присаживаюсь на стул. Она не готовилась и не наряжалась, потому что слишком сильно нервничала, но она готовилась и ждала, потому что стол украшен идеально. Красные розы посередине в вазе, посуда. Все идеально. Все красиво.

Алиса недолго смотрит на меня, держась за край стола, а потом срывается с места:

— Я сейчас все принесу! Приготовила и рыбу, и курицу… что ты хочешь? Может быть, салат? А вино? Ты будешь?

Она так нервничает… я прикрываю глаза, потому что их давит. В них тоже словно насыпало песка.

Сука…

Сука, блядь!!!

— Алиса, — шепчу хрипло, она тут же замирает.

Натягивается струной. Я не вижу ее, но чувствую, как волнами ее запах на меня обрушивается. Как вся ее агония бьет меня в голову.

Это нокаут.

Хмурюсь и добавляю.

— Сядь, пожалуйста. Нам нужно поговорить.

Дрожь.

Ее дрожь доходит до меня и снова что-то сносит в душе. Что-то важное. Что-то… блядь, настолько глубокое, что я вздохнуть не могу! И снова теряюсь. Я должен быть жестким и хладнокровным, но...впервые в жизни...не получается.

Тяну время.

Не знаю, как это сказать. Я не злюсь на себя за бессилие, правда. Я себя понимаю в этот момент. Она всегда была моей слабостью. Она всегда была моим сердцем, а расстаться с ней, все равно что его вырвать нахуй. Голыми руками.

Не хочу притворяться, будто это дается просто. Не хочу и не стану. Нет смысла… вряд ли даже самый именитый актер вывез бы такую роль…

Я тяну время, чтобы подобрать лучшие слова. Безопасные, менее болезненные… и скольжу взглядом по столу.

А потом резко спотыкаюсь.

Передо мной стоит посуда. На посуде надпись: вылизать можно не только тарелку.

И я резко вскидываю глаза. Алиса следит за мной пристально, и она сразу понимает, что я увидел. Что я прочитал.

Она слабо улыбается. Ее пальцы белые, так сильно она цепляется за край стола, но она старается улыбнуться. И шепчет сбито.

— Если что… я совсем не… не против.

Пытается шутить, хотя я вижу, как ей сложно. Мы сейчас на острие. Если зажечь спичку, весь этаж просто вынесет; а возможно, и все здание уйдет под землю от ударной волны.

Алиса чувствует. Мы в той точке, где есть только… точка. Она знает, что я пришел не мириться. Она понимает, что это конец.

В ее глазах встают слезы. Через мгновение они скатываются с глаз, она закрывает лицо ладошками и начинает плакать. И у меня внутри снова что-то серьезно ломается.

Не понимаю, как это происходит. Не слышу голос разума, не чувствую рациональности. Мне бы зацепиться за хладнокровие, но...не за что цепляться. Удары сердца сносят все барьеры. Ничего не осталось — я уже у ее ног. На коленях, как пес верный, обнимаю ее, а она обнимает меня. Цепляется за плечи и горько-горько плачет, бьет меня наотмашь. Больно так, что выть хочется. И сдохнуть тоже хочется. Я не страдаю суицидальными наклонностями, я вообще такое не люблю, но в этот момент… мне впервые в жизни хочется исчезнуть.