Онлайн книга «Причина развода: у него другая семья»
|
Резко встаю, тяну ее за собой. Алиса подпрыгивает, обвивает мои бедра своими ногами и прижимается насмерть. Я молчу. Если сейчас что-то скажу, это будет не только момент моей слабости и трусости, но еще и самым позорным срывов из всех моих отвратительных срывов. Плотно жмурюсь. Глажу ее по волосам. Стараюсь словить за хвост ровное дыхание. Стараюсь угомонить сердце и убрать фантомную руку на глотке. Я люблю тебя… блядь, я так тебя люблю, что, мне кажется, это вообще невозможно… чувства такие яркие. Ты во мне. Внутри. Снова вспоминаю глупую тарелку. Надпись. Шуточку. Ничего не стоящий каламбур! Как будто бы ничего не стоящий, но потом понимаю, что его может не быть… и что тогда? Пустота. Бесконечный холод и одиночество… — Рус-слан, — глухо шепчет она, зычно всхлипывает. Я прижимаю ее к себе сильнее и мотаю головой. — Молчи, Лис. — Н-нет… нет… пр-прости меня… прости! Но не… не уходи. Прошу… не… не уходи боль-льше. Блядь… — Рус… Рус, пожалуйста, — Алиса отстраняется от меня, чтобы заглянуть в глаза, — Я… я очень сильно переборщила. Я… Она закусывает губу, опускает глаза, хмурится. — Я… я очень сильно облажалась. Прости за то, что я… я сказала… это было… я так не думаю, правда! Все, что я говорила...это... Я… — Замолчи! Отрезаю жестко, Алиса вздрагивает. Я чувствую, как она сжимается. А еще я чувствую, как внутри нее осыпается почва… Резко подхожу к столу, сажаю ее на него, а потом поднимаю голову за подбородок, чтобы она смотрела мне в глаза. Это момент решающий. Я могу поступить правильно, потому что сжег мосты. Я должен поступить правильно и отпустить ее. После того, что я сделал… Но я смотрю в ее глаза и понимаю, что слова не могу вымолвить. Тарелка перед глазами, ее смех, потом все наши ночи и дни. Ее рука в моей руке… ее душа, что так идеально ложится на мою… Язык к небу прилип. Время остановилось. Воздух вокруг искрится. А я смотрю ей в глаза и не могу даже вздохнуть. Она смотрит в ответ с такой надеждой… Я должен… но...это выше моих сил. Резко прижимаюсь к ее лбу своим и глухо шепчу. — Я никуда не уйду. — Правда? — Да. Но...Алис, мы зашли слишком далеко. Слишком. Нам нужно...что-то менять. Малыш, нам нужно. Эти скандалы...было прикольно, но теперь уже нет. Нужно по-другому...не получится ни хрена так. Мы не вывезем. Понимаешь? Она активно кивает. Ее маленькие теплые ручки ложатся мне на плечи, а потом и на щеки. Алиса отстраняется. Я смотрю в ее глаза и делюсь надвое: с одной стороны густая ненависть за предательство, с другой...облегчение. Я наконец-то вижу, что она действительно готова к разговору и компромиссу. Говорят, лишь потеряв что-то, мы по-настоящему начинаем это ценить. Похоже, это правда. Потому что сейчас я готов на все. Мне плевать, как придется прогнуться. Правда. Насрать на гордость, на гонор, на амбиции. На все. И ей тоже... Я двигаюсь ближе и шепчу ей в губы: — Мы такие дебилы... — Не уходи больше, — отвечает она с придыханием, а потом тянет на себя и начинает меня целовать. В перерывах шепчет: — Не уходи...я без тебя не смогу...не уходи, Рус. Я так тебя люблю... чуть больше года назад — …Руслан Михайлович? — спрашивает девчонка, на которую я бросаю взгляд под грифом «убийственный». А она не сдается. Не тушуется, не прячется и не боится. Она ведет себя спокойно. Она холодна, как лед. Им же меня и поливает с ушата: |