Книга Невыносимая для Мерзавца, страница 41 – Евсения Медведева

Мои зубы крошились от силы сжатия челюстей. Сжирал её взглядом, скользил по аппетитным формам, силясь не рассмеяться над милым пингвинёнком на её белых трусиках. Терпел не потому что боялся истерики, а потому что не мог. Просто изучал, оценивал и подыхал…

Как придурок следил за покачивающейся подвеской пирсинга в её пупке, скользил по дерзкой заднице, тонкой талии и по-девичьи борзо торчащим сиськам. Твёрдые соски буквально вспарывали хлопок топа, а тяжесть плоти творила ад. Они как маятник колдуна вихляли из стороны в сторону, надрывая по волокнам мою выдержку. Не шевелился, боялся испугать треском рвущейся от перевозбуждения ткани.

Мазохист, блядь…

Отвернись! Не смотри! Спать ложись, охотник. Но нет…

С упоением следил за её передвижениями, понимая, что получил даже больше, чем рассчитывал.

Вера подошла так близко, что член жалобно задёргался. Наклонилась, опираясь рукой всего в сантиметре над моей головой. С её длинных волос стекала вода, падала на мою раскаленную кожу. Чувствовал её резкие выдохи. Считывал, как пульс, чтобы броситься тренировать искусственное дыхание. Молился, чтобы перестала дышать! Чтобы рухнула в обморок! Только бы прижаться к этим мягким губам.

Но эта молодая сучка изводила меня! Каждое её движение было выверено до такой точности, что шансов не сдохнуть у меня всё же не осталось. В темноте дома стёкла превратились в зеркала, в гладкой поверхности которых отражалась её попка с забавным пингвинёнком на трусах.

— Блядь, – выдохнул я… Пальцами стиснул простынь, когда понял, что задумала эта девчонка. И так вовремя… Вера попыталась выдернуть из-под меня одеяло, но не рассчитала силы. Руки подогнулись, и она буквально рухнула лицом на меня.

Внутри все вспыхнуло… Кожей живота ощущал её истошный крик, тепло дыхания, нежность язычка.

— Ты специально? – она вскочила почти мгновенно, не дав насладиться тем, как елозит в сантиметре от моего паха. – Гад!

— Верочка, – я перехватил её запястье, спасая себя от звонкой пощёчины. – Пока у меня больше аргументов думать, что всё, что ты делаешь сейчас – четкий план по соблазнению взрослого дяденьки. Зачем спасла меня от компании той славной барышни? Зачем обманом утащила в дом? Зачем сняла этот сраный плед? Чтобы доказать, что был неправ насчёт груди?

— То есть всё же не прав? – в её голосе остался только хрип. Губы дрожали, но не от обиды… Она изо всех сил пыталась не растянуться в довольной улыбке. Смотрела в глаза без страха, стыда и прочей напускной дребедени.

— Неправ, – дунул, и от теплого воздуха по её коже побежали мураши. Проследил за их суетливой траекторией ровно до края топорщащегося топа, что так несправедливо скрывал от меня её прелести. – Дяденька слеп, глуп и нуждается в визите к офтальмологу. Быть может, это баллончик лака внёс коррективы в остроту моего зрения?

— А дяденька тот часом от ночной эякуляции не скончается? – Грушенька вновь нагнулась, задоря легким касательным соприкосновением наших носов. – Трубы надежны? Не рванут в самый неподходящий момент?

— Думаешь, пора проводить опрессовку?

— Посоветуйтесь с врачом, Вячеслав Андреевич, но не с тем, что офтальмолог, – Вера выхватила подушку, оттолкнулась и, нагло виляя бёдрами, прошагала к велюровому дивану рядом с камином.