Книга Договор на нелюбовь, страница 103 – Евсения Медведева

— Скуч… ала, – запнувшись выдавила она, поднимая на меня абсолютно пьяный взгляд.

Смотрел на неё, а она мужественно противостояла своим затуманенным желанием взглядом мутных голубых глаз с увеличившимся зрачком. Эмоции сменяли одна другую, порой пугая самого себя: желание содрать одежду и взять прямо здесь и сейчас, удовлетворяя то, что уже давно кипит во мне сменялось опаской спугнуть, поэтому и штормило. До сих пор штормит! То целуюсь, как мальчишка, то трусы рву… Бред какой-то!

— Идём?

— Угу, – растерянно кивнула Катя, расслабляя хватку.

Поправил на ней сарафан, взял за руку и как только открыл дверь, на нас выскочили наши мамы, практически синхронно поджавшие губы в жесте недовольства.

— Саша, ты как подросток! – всплеснула руками мама, бросая извиняющиеся взгляды в Ирину Николаевну.

— Я соскучился, – опустил взгляд на румяную Катю и невольно улыбнулся.

— Соскучился, – кивнула она головой.

— Имею право?

— Имеешь, – снова махнула она головой и закусила припухшие губы, словно пыталась скрыть от матери наш поцелуй.

— Идём, – Юлия Викторовна задрала глаза наверх, очевидно, чтобы не расплакаться и махнула рукой в сторону столовой. – Стол накрыт, а бабушка уж очень болтлива.

— Кстати, дед принёс свою наливку. Саша, я не при чем! – рассмеялась мама, обняла Катю, с которой так и не успела поздороваться. – Идём, молодежь.

Поздний завтрак перетек в обед, а шум и разговоры за столом все не стихали, только все дружной компанией переместились на террасу: бабушка с дедом расселись в ротанговых качалках, отец на диване довольно смаковал сигару, а мамы, обойдя весь участок и яблоневый сад, уселись на ступеньках, тихо переговариваясь о чем-то. Лишь поочередно бросали на нас с Катериной любопытные взгляды.

В кармане весь день вибрировал телефон, но я не отвечал. Мы с Катей сидели на нашем привычном диванчике. Я обнимал её, водя пальцем по плечу.

После возвращения из Сочи в ту же ночь экстренно пришлось умчаться в Москву, где проторчал почти неделю. Дел было много, в голове не умещалось то, что нужно было успеть сделать, но в первую же ночь, оставшись наедине с холодным номером отеля, пожалел, что не взял с собой Катю. Не мог долго уснуть, все думал, насколько это нормально – вот так привязаться к этой девчонке. Ведь далеко не мальчишка. Хотя о какой нормальности может идти речь, если я вытряхнул её из машины, представил отцу, как невесту, а потом шантажом заставил подписать договор.

Наркотик, честное слово. Хуже никотина. Запах этот её сладкий и одновременно свежий, острый язычок, но какая-то непередаваемая лёгкость в общении и привычка переваливаться спать мне на плечо, обвивая ногой под одеялом. Вот всего не хватало! Этого её фирменного – «Царёв», на которое всегда хотелось назло ответить – «Царёва». Шутки, колкости и мимолётные касания – все стало привычкой. Нормой. Но вот только нормой чего?

Мысли о ней не были наполнены сомнениями и тревогой. Нет, в них было лишь ожидание чего-то нового и неизвестного.

Катя вбежала на террасу с нардами в руках, чем оживила отца и деда. Они удивленно переглянулись и практически синхронно потёрли руки.

— Деточка, придётся раскошелиться, потому что на интерес мы не играем, – крякнул отец, сбросил пиджак и расслабил галстук.