Книга Договор на нелюбовь, страница 136 – Евсения Медведева

Ветер трепал мое лицо, душил своими порывами, от которых перехватывало дыхание и приходилось открывать рот, как рыбка. Бросила взгляд на передние сидения, прислушалась, пытаясь понять, что же мама и Юлия Викторовна снова эмоционально выбирают, но ветер шумел в ушах, словно уговаривал поиграть с ним ещё. Я хихикнула, обнаружив в поравнявшейся с нами машиной большого лабрадора, что так же, как я играл с ветром. Он-то меня понимает. Точно…

День тянулся жвачкой, пока мы объезжали один свадебный салон за другим. Юлия Викторовна даже отчаялась найти что-то более-менее приличное, когда мама взвизгнула и лишь ткнула пальцем в стеклянный фасад торгового центра.

Вот так вот мы и нашли мою мечту, на которой не болтался гордый, но абсолютно бесполезный брендовый ярлык, и стоило оно вполне сносно, хотя это не радовало мою будущую свекровь. Очевидно, Царёв провёл с матерью инструктаж, прекрасно понимая, как я отношусь к его транжирству. Поэтому женщина изо всех сил старалась не скривить лицо, увидев на ценнике недостаточное количество нулей. Она нервно дёргала носом, обходя меня вокруг подиума, на котором я, как свадебная фигурка стояла, ожидая вердикт. Она словно пыталась найти в платье хоть один изъян, чтобы завернуть эту примерку, но не могла. Оттого и нервничала, лишь сжимала в руке телефон, не решаясь позвонить сыну.

Но платье, что буквально бросилось на нас из кучи однообразия белого фатина, и правда было великолепно.  А главное – оно шло мне! В нем не было диких воланов, огромных страз и камней. Оно так точно повторяла изгибы моей фигуры, будто лекало по мне вырисовывали. Все было на своём месте – глубина декольте, линия талии, длина юбки… Оно было моим.

Юлия Викторовна была растеряна, потому как металась между объективным признанием, что мы нашли то, что нужно, и необходимостью соответствовать статусу. Благо, объективность всё же победила желание утереть нос своим подругам, с которыми они раз в месяц собирались, чтобы покозырять достижениями своих отпрысков. А подготовка к свадьбе Саши Царёва уже которую встречу будоражила их фантазии.

— Но будет четыре платья, Катя! – сдавшись окончательно, она ткнула острым ноготком мне в грудь, сверкнув в глазах фирменными молниями четы Царёвых. – И ты дашь заказать мне того фотографа из Испании! Уговор?

Опять уговор… Эти Царёвы, словно не умеют иначе…

— Сдаюсь, – выдохнула я и упала на диван, осушая бокал шампанского, что мне вовремя принесла чуткая управляющая. – Валяйте! Хоть царя Всея Руси приглашайте! Но лучше бы Энрике Иглесиаса.

— Юля, не слушай её! – взмахнула рукой мама, представи,в во что тогда превратится свадьба её единственной дочери. – Никаких выкидонов, Катерина! Ты, главное, Саше такое не ляпни, а то он вмиг организует!

— Точно, с ним я и убегу! Эпичненько? Как думаете, бомонд оценит размах взбалмошной простолюдинки?

— Катька, – шикнула мама, нервно поправляя идеально уложенные белокурые локоны. – Надо было наказывать тебя в детстве, как буля советовала. А теперь поздно.

— Вот и договорились, – рассмеялась Юлия Викторовна и обняла меня. – Я в шаге, чтобы не влюбиться в тебя, Катерина.

— Не сдерживайтесь, маменька, не стоит. А хотите, вместе убежим со знойным красавчиком?

— А я подумаю, Катенька, – передразнила она меня и снова нырнула в зал, чтобы оплатить покупки. – Сильно не расслабляемся, нам ещё нужно найти туфли и коктейльное платье на второй день.