Книга Его Мишень, страница 113 – Евсения Медведева

— Гера! – взвизгнула я, когда он прыжком дикого гепарда очутился около меня, аккуратно, чтобы не измять платье, прижав к себе. – Саша уже пять раз звонил! Мы и так пропустили две репетиции из трёх.

— Две? – Гера закатил глаза, поцеловал меня в открытое плечо и пошел одеваться. – Мне иногда жаль Катерину. Кажется, она плохо понимает, за кого так поспешно решила выйти замуж. Как бы не во вред.

— Навредит? – рассмеялась, перекладывая в маленькую сумочку все необходимое из своего бездонного шопера. – Ты бы видел, как она его в бараний рог крутит одним лишь невинным взглядом. Но так мягко, красиво и по девичьи играючи. Молодец, Катька. Никому не удалось заманить его в ЗАГС, а она сделала так, что он сам за ней таскается перевозбужденным питбулем.

— Тогда я спокоен, – Гера прошелся пятерной по влажным волосам, подхватил портплед с пиджаком, сгреб ключи, кошелёк с комода и открыл дверь. – Ты прекрасна, Ксюша.

Этот комплимент… Сука! Он был честный. Прямой, настоящий, искренний. Обезоруживающий, бьющий прямо в сердце…

— Ты не обязан…

— Нет, не обязан. Но иногда так хочется…

— Гера, а вот почему ты не женат? – я опустила руки на его плечи, поправила воротничок и стала завязывать галстук, что просто болтался шнурком. – Ты ж до скрипа зубов идеальный. Комплименты говоришь, под дождем так красиво ходишь, цветы даришь, с тараканами ладишь, будто родственником им приходишься, и трахаешься, как Боженька…

— Вот и пользуйся, Сеня, пользуйся на здоровье, – Гера отбросил мои руки с шеи, припечатал к стене лифта и стал покрывать плечи поцелуями. – Моя идеальная натура в твоем распоряжении.

— От твоей натуры рожки, да ножки останутся, если мы через час не будем на месте.

— Не хочешь, как хочешь, – коварно усмехнулся Гера.

Дорога до загородного бутик-отеля прошла напряженно. В прямом смысле этого слова. Герман, не переставая, отвечал на звонки, а в коротких паузах поглаживал коленку.

— Так, что насчет мальчишки? – Гера психанул и вырубил телефон, когда ехать уже оставалось всего-ничего.

— Хочу съездить в детский дом, чтобы понять, почему он убегает, – вздохнула я, рассматривая однообразный вид за окном. Деревья мелькали, не в силах бороться с бешеной скоростью, с которой гнал Гера по трассе. – Нельзя, чтобы маленький мальчик бродил по городу один. Нельзя, Гера.

— Сама справишься?

— Справлюсь.

— Но ты должна знать, что у тебя есть друг…

— Гера! – вспыхнула я и повернулась, напоровшись на обезоруживающе хитрый взгляд этого взрослого хулигана. Мальчишка… – Друг – это когда на созвоне, когда он помогает поменять пробитое колесо, а ты ему пуговицу пришиваешь или кольцо для его девушки выбираешь, а не когда занимаешься сексом во всех местах, где можно остаться наедине.

— Сеня, – Керезь ржал, как конь, выкашливающий клубы сигаретного дыма. – У меня свои правила дружбы.

— Серьезно? Тогда мне жаль Царёва и Королева! А мне такая дружба не нужна. Правда или действие?

— Нет, Ксюша, сейчас я не буду в это играть.

— Будешь, Гера… Будешь…– я опустила руку ему на грудь и стала двигаться ниже и ниже, вдруг отчетливо осознав, что его тело точно так же, как и моё, слишком сильно реагирует на касания. Наши ощущения превращаются в орудие пытки, значит, пора этим воспользоваться. – Ты мне, как миленький, все выложишь. Гера, правда или действие?