Книга Птичка для пилота, страница 108 – Евсения Медведева

Меня это успокаивало, бег мыслей замедлялся, тело расслаблялось, а паника, что затягивала меня в тьму, стала отпускать…

— Птичка… – его руки легли на мои плечи внезапно, но я не испугалась. Тело будто почувствовало его приближение, оповещая меня мурашками по спине. В запотевшем отражении зеркала не могла разглядеть его лицо, увидеть взгляд, но зато могла чувствовать напряжение в его ладонях, что медленно скользили вниз, стягивая за собой мой сарафан.

Это уже было не остановить. Это было сильнее меня, моих страхов и моей верной паники, что так и норовила выключить сознание. Его руки словно забирали весь этот мусор, превращая в пепел от жара его кожи.

Наблюдала, позволяя обнажать себя по сантиметру. Расслаблялась, понимая, что уже ничего говорить не нужно. Он все сделает сам…

Сарафан ненужной тряпкой рухнул на пол. Максим прижался сзади, всем телом, дав ощутить всю силу своего желания. Его руки накрыли грудь, что ещё отчётливо помнила его ласки, и из моего рта вырвался стон. Пальцы бабочками запорхали по нежной коже, лишь слегка касаясь занывших сосков. Он любовался мной.

— Не закрывай глаза, – прошептал он, прикусывая мочку моего уха. Резко взмахнул рукой, стирая мутность пара с зеркала.

И я увидела его… В тёмном грозовом небе глаз плясал огонь. Всполохи пламени запустили во мне что-то незнакомое, спрятанное глубоко внутри. Тело будто отреклось от разума, потеряв надежду договориться. Да что говорить, тело победило. Качнула бёдрами, упираясь ему в пах, настойчиво требуя добавки.

— Нет, Птичка… – оскалился он, опуская руки мне на живот. Пальцы вжимались в кожу, будто содрать её хотели, заскользили под кружево трусиков, остановившись на лобке. – Глаза!

Я распахнула глаза, облизала пересохшие губы и захныкала от жадности, потому что мне было мало.

Крылосов улыбнулся, словно мысли мои считал, но стал двигаться ещё медленней, проникая дрожащими от нетерпения пальцами в складочки.

— Смотри на меня…

Медленно, как стекающий по стенке воск, начал двигаться. Меня будто током прошибло, волна удовольствия заструилась по ногам, мчась к центру напряжения, я застонала, а Максим остановился и начал рассыпать поцелуи. Начал с шеи, затем стал опускать все ниже вдоль позвоночника, и я не заметила, как трусики мои оказались на полу.

Я могла только чувствовать, тело покалывало хаотично разбросанными поцелуями, а ощутив лёгкий укус параллельно с вернувшимися к клитору пальцами, я вскрикнула. Дальше все было в тумане, Максим резко положил ладонь на лопатки и практически прижал меня лбом к зеркалу. Рука сместилась, поднимая мою искалеченную ногу и в этот момент я ощутила то, о чем и думать боялась. Вошёл в меня одним резким толчком и все бабочки, что трепетали внизу живота, резко исчезли, а предательская волна возбуждения начала вновь стягивать в узел все мои нервные окончания. Я вытянулась в струнку, прижимаясь к нему как можно сильнее. Хотелось ощущать его тепло, впитывать абсолютно по-животному резкие толчки, что ударяли меня о холодный край раковины. Откинула голову ему на плечо, поднимая глаза к зеркалу.

То, что я видела, было словно из фильма. Абсолютно звериный взгляд, переполненный желанием и стиснутые от напряжения челюсти. Я отпустила раковину, что сжимала до боли в пальцах и закинула руки ему за шею, впиваясь во влажную кожу ногтями. То, что я видела в отражении, было невообразимым. Искала в его глазах холод, но обжигалась о пламя, в своих искала страх и стеснение, но видела только страсть и жадность. От каждого его толчка моя грудь колыхалась, Максим же зарычал и, схватив меня за подбородок развернул к себе, накрывая горячим поцелуем именно в тот момент, когда наши тела взорвались миллионом частиц настоящего, головокружительного оргазма.