Книга Птичка для пилота, страница 112 – Евсения Медведева

— Чокнутая баба. Конечно, мне её жалко, но это будет в последний раз, больше даже встречаться с ней не стану.

— Договорились, – с облегчением выдохнул директор, очевидно чьё очко подгорало из-за срыва чартерного бизнес-рейса. – Я обещаю тебе все компенсировать.

— Ой, обещания – хрень собачья, – нажал кнопку отбоя так, что чуть экран не треснул, а потом и вовсе выключил телефон. Больше плохих новостей я не получу сегодня.

Достал сигарету, накинул пальто и вышел на крыльцо. Ненавидел, когда планы рушились из-за некомпетентности. В силу собственных правил, я просто не мог себе позволить подвести товарища. Вообще, лётная работа учит не только ответственности, пунктуальности и самоконтролю, но и доверию. Что такое экипаж – это контролёр, способный посадить или наоборот, оторвать от земли сложную машину. Но машина в жизни не взлетит без техсостава, что скрупулёзно обслуживают железных «птиц», относятся к ним, как к детям, давая милые прозвища, производные от бортового номера. Мы доверяем свои жизни друг другу, полагаясь на профессионализм.

В авиации не должно быть ошибок. Не должно быть паники и безответственности. График, техкарта, чеклист, на любой случай, расписание и точность – все что требуется от авиаработников не только в воздухе, но и на земле, и в штабе. Но я этого просто так не оставлю. Держитесь, Галина Петровна, вы украли у меня время, что я мог провести с Татьяной!

Хотел украсть Птичку и полететь в Геленджик, где в том году купил себе небольшую квартирку с видом на море. Желание вырвать её из привычной рутины превратилось в потребность. С жадностью искал в ней эмоции, желание и открытость. Но вместо этого приходилось довольствоваться скудными подачками, что перепадали порой, когда она забывалась и отпускала себя на волю. Ну, точно птичка. Сама себя посадила в клетку, а при каждой попытке вылететь – нахохлится и спрячет голову, как страус.

Ещё этот гость утренний нарисовался – хер сотрёшь. Что ему нужно? С другой стороны, надо отдать ему должное, его появление настолько выбило ее из привычной колеи, что она сбросила свою броню. Иначе быстро выставила бы меня за дверь, не дав и шанса. Давить, конечно, я на неё не имел никакого права. И не стану. Но и просто так больше не отпущу. Не отдам.

Выбросил истлевшую сигарету, к которой так ни разу не приложился, вдохнул ещё раз морозный воздух и поспешил на второй этаж, где, свернувшись в клубочек сопела Таня.  Татьяна… Лишь от одного её имени голова шла кругом.

Что-то мокрое и холодное елозило по моей шее. Я резко распахнул глаза и не сразу признал в пушистом комочке Шаньгу, что так старательно вылизывала мое ухо.

— Привет, булка, – выдохнул, подмял животинку под бок и перевернулся, надеясь увидеть Татьяну. Но постель была пуста. – Это ещё что за финт?

Взял телефон и чертыхнулся. Понедельник, двенадцать часов дня. Прекрасно…

Разблокировал экран, нашёл номер Синичкиной и набрал.

— Да!

— Татьяночка Ивановна, вы почему не разбудили меня? – по сравнению с её дежурным и абсолютно отстранённым ответом, мой игривый тон звучал совершенно нелепо.

— Максим Витальевич, я немного занята, поэтому не могу говорить, – она нарочито холодно чеканила слова, не выдавая ни единой эмоции, кроме равнодушия.

— Стой… – чувствовал, что она готова бросить трубку, но сонный мозг еще не готов был подбросить здравую идею, как её задержать.