Книга После развода. В его плену, страница 138 – Мария Устинова

Садится на каменную скамейку, закрыв лицо ладонями.

Холодный ветер треплет волосы.

Мыслей нет.

Да и чувства какие-то странные. Он подавлен, даже думать об этом не хочет!

Но это все объясняет.

Он его сын, поэтому столько снисхождения. Нелюбимый сын от душевнобольной женщины. Поэтому столько жестокости.

Из-за него расстроились отношения Павла с женой, о чем отец всю жизнь сокрушался.

Он всегда был — бельмом на глазу.

Семейным скелетом, который не спрячешь в шкаф.

Тайной их порченного рода.

Сколько там еще тайн…

Вот почему Павла не смущало примирение сыновей. Ничего страшного. Время все перемелет, как перемололо собственные тайны Павла и ведь все наладилось.

И своих сыновей через десять-пятнадцать лет он видит матерыми мужчинами, которые молчат о том, что было.

И Инга — навсегда между ними — тоже будет молчать.

Они втроем эту тайну зароют на семейном кладбище. Вырастят детей. Построят дома. А потом никто и не вспомнит прошлое!

И их внуки будут сидеть за одним столом, даже не догадываясь, что случилось когда-то.

Вот как Павел видит это с высоты прожитых лет и своего опыта.

Вот к чему подталкивал.

Жаль, не успел спросить про результаты теста. Просто забыл!

Ну ничего.

Можно узнать завтра.

Можно сдать самому.

И эта зацикленность на беременности Инги тоже теперь объяснима. От кого бы она не носила малыша, это внук Павла. Родной, кровный.

Который будет долгожданным и любимым.

Сквозь темноту мама улыбается на фото.

Она всю жизнь жила в своем мире.

Он не спросил, что с ней случилось.

И если отец скрывал такое. То, кто знает, что он еще скрывает о семье?

— Сраный клан Дикановых, — произносит Влад.

На кладбище он сидит, пока не рассветает, затем возвращается в машину.

Нужно работать, звонить юристу, узнавать, как движется дело Сабурова. Столько дел. Но вместо этого Влад сидит в машине, зябко завернувшись в пальто.

Уже по дороге в город до него дозванивается Спартак.

— У нас проблема, — убитым голосом произносит он.

— Что случилось?

— Лука перестрелял своих. Включая Илью, Влад. Я не могу дозвониться до Артема…

— Что⁈

— Он сбросил фотографии Инге, — продолжает Спартак. — Прислал просьбу о встрече с ней.

— Как она?

— Все нормально… Я с трудом до тебя дозвонился. Прошу, проверь Артема!

Влад прикидывает маршрут.

По пути, в целом.

Времени немного потеряет.

— Хорошо. Скоро буду.

Он швыряет трубку на приборную панель и нервно сжимает руль. Сворачивает к промрайону, так надавив на газ на нервах, что из-под колес вылетает гравий.

Сука!

Если Спартак прав — это просто конец всему. Сердце давит снова. Лука все-таки сделал это!

Не стал тянуть!

Влад был уверен — своих пожалеет и, хотя выполнит приказ отца, но начнет с его людей. А он перестрелял всех, как бешеный пес! Всех, без разбору!

Впереди виднеются ворота.

Влад бросает машину и подходит, присматриваясь к зданию.

Приоткрыто.

Он проскальзывает внутрь, сразу уловив запах крови. Ни с чем не спутаешь. Что Илье конец — сомнений нет, но может Артему повезло. Может в тот момент его здесь не было…

В помещении темно, немного света попадает с улицы.

Пятна крови на полу, красная полоса, как будто волокли тело.

Крови слишком много для одного.

Позади стола замечает тело, похожее на кучу старых тряпок.

Одно.

Влад обходит стол. Лица не видно, но он узнает очертания тела.