Книга Только твоя, страница 106 – Виктория Королёва

— Мы расстались! — кричит в ответ.

— Ты дура⁈

Закрывает лицо руками и ревёт в голос. Я матерюсь и к себе прижимаю, чувствуя, как твёрдый, но ещё аккуратный живот прижимается ко мне в месте с бывшей подружкой. Мурашки ползут по коже, я сам в шоке и ещё не могу чётко осознать весь п*здец ситуации.

— Прости меня… Прости… — всхлипывает и доверчиво жмётся, пряча лицо на моей груди, — Мне страшно, Давид, мне так страшно.

— Всё хорошо, — глажу по голове заставляя концентрироваться на спокойствие и мозгах, а не на том, что бурлит внутри, — Расскажи ещё раз.

— Я была у врача, пришли анализы, и они плохие… — дальше снова слёзы.

Тогда я ещё не знал, что это начало полного п*здеца в моей жизни. Объёмного такого и масштабного.

Милу я увидел сразу, она выделялась из толпы, была горячая как комета и холодная одновременно, меня торкало от одного взгляда на эти узкие плечи и подтянутую фигурку с копной волос. У нас быстро закрутилось, в тот же вечер повёз к себе и завис с ней почти на полтора года. Не то чтобы не гулял где хотел, но с ней всё равно был обласкан, облизан и прочее. Мне было с ней нормально, ей со мной тоже. Трахались где только можно и как можно. Наши отношения были на ладони, и я ничего не скрывал, жениться на Миле не смотря на сшибающую страсть я не стал бы, и она это знала, принимала и, кажется, была довольна всем тем, что идёт со мной в комплекте. Мы не обсуждали тему детей так часто чтобы можно было паниковать. Я знал, что она пила таблетки, но сам предохранялся, не знаю почему, возможно, потому что несмотря на то, что у меня было много баб я оказался максимально щепетилен в вопросе чистоты. Для повесы моё поведение казалось странным тем более с постоянной партнёршей.

Именно поэтому я сука был в полном ахере от того, что она кинулась ко мне с животом на перевес и заплаканными глазами. Мы нормально расстались, без криков, прощального секса и прочей лабуды. И тут НА!

Моя мать умерла из-за врачебной ошибки рожая меня. Поэтому на Миле в тот момент меня триггернуло. Да и ребёнок несмотря на то, что её я не люблю… ребёнок всё равно мой, поднять его есть деньги, а желание… что ж, желание привил отец. Прививал его все время пока был жив.

Взял на себя этот груз, предварительно ввалив Миле по первое число за молчание и враньё. В миг притихшая, она при любой встрече висела на моём плече. Я не мог позволить себе действовать в открытую, пришлось прятаться. Я бл*ть женат по первое число, какая на хрен беременная подружка! Поэтому всё решал тихо.

Оказалось, что хреновые анализы — ни хрен не ошибка… Я мог обкатать её по всему миру, но это бы не помогло.

— Давид, тут ничего не поможет, ребёнок не развивается, странно что у неё до сих пор ещё не произошёл выкидыш. Это геномная ошибка, так бывает, нужно сделать анализы, но я уверен, что всё подтвердится. Девушка будет под наблюдением, но я не могу тебя настраивать на благоприятный исход.

— Что будет дальше?

Амир тяжело выдыхает.

— Нужна консультация специалиста узкого профиля, нужно сдать анализы. Привези её сюда.

Рычу.

— Не ЭТО! Если подтвердится, что-то можно сделать?

— Чистка, мы сделаем чистку, потом восстановления курс.

Выйдя из кабинета, мозг зацепился за эту фразу и в день переговоров, а потом на банкете, я думал лишь об этом. Думал. Потому что утром выяснилось, что ребёнок умер в утробе матери и теперь убивает уже её. Нужна была экстренная операция. У меня же узлом всё сжималось. Всё-таки не каждый день такое происходит. И пусть с Милой мы теперь сосем никто, свою кровь я оплакивал никому не показывая. Тихо, молча.