Книга Только твоя, страница 109 – Виктория Королёва

Стоит ли говорить, что выдрать свою женщину он смог спустя только девятнадцать лет, полностью поднявшись из грязи и отодравшись от дерьма⁈ Забрать уже ни одну, а со своими детьми. Он сам пустил пулю в лоб брата испытывая удовлетворение. Это мальчишка помог, тот самый мальчишка что сделал его дочери больно. Он бы его тоже стёр в порошок, но Аза… должен он своей дочери, так должен, что, устранив непутёвого мужа сделает только хуже.

— Не переживай, я со всем разберусь.

Прижал сильнее. Она его семья, она и дочери. Половину жизни он шёл к ней, через всё и наконец дошел чтобы быть мужем, отцом и защитой. И будет.

Давид

— Я её не отпущу и развода не дам!

Назар расслабленно отпивает кофе, бесяче медленно ставя чашку на блюдце. Ведёт себя так, словно контролирует ситуацию от и до. Сука.

— Иногда чтобы удержать нужно отпустить.

Вскипаю и парирую.

— Лет на двадцать?

Глаза опасно сверкнули, но мне насрать, я ему не подружка чтобы обоссаться от взгляда.

— Она не станет слушать, сейчас, точно. Вам нужно выдохнуть.

Меня раздражает его покровительственный тон и то, как он пытается меня учить. Заблудший папаша вдруг вспомнивший что у него есть дочь и ни одна! Решил, что наконец может проявится? Серьёзно⁈ Не на того напал. Внутри щетинюсь.

— Чёрта с два! — рычу подаваясь вперёд.

— Ты делаешь ей хуже.

— Не надо пытаться умыкнуть мою жену!

— Не надо делать детей на стороне! — отвечает так же зло и отрывисто.

Меня накрывает волной ярости, сжимаю кулаки. Устроить драку с ним и сейчас глупость из разряда хуже некуда. Если бы не обстоятельства, я бы вмазал, но! ДОЛБАННОЕ НО!!!

— Это было «до»!

Снова расслабленно откидывается на кресло демонстрируя своё равновесие.

— Факт в том, что Аза в истерике, это нужно пережить.

— Переживём вместе.

— Я понимаю тебя, тоже был вспыльчивым и бескомпромиссным. Но проблема в том, что нужно подумать не о себе, а о ней. И сейчас ты сам понимаешь, что будет лучше. Сделай разумный выбор.

С этими словами Назар поднимается и уходит, оставляя меня наедине с собственной головой.

Последняя фраза ставит в тупик, точнее ни так, она макает меня в дерьмо по самые пятки. Рычу и сжимаю кулаки до хруста. Разумный выбор делать поздно.

Аза

Плохо помню первый месяц «после», моя жизнь смешалась в клубок разноцветных нитей, распутать который я не в состояние.

Первую неделю полностью шокированная своим состоянием я плакала и закрывалась ото всех включая врачей. Стыдно признаться, но психолог был послан отнюдь не лицеприятными словами. Сейчас мне стыдно, тогда за пеленой гнева я не отдавала отчёт в действиях. Глаза словно кровавой пеленой заволокло. Помню, как между бесконечных слёз хотела его объятий, хотела прижиматься к сильному плечу перенося боль с себя на него, хотела, чтобы он почувствовал и между тем не хотела его видеть.

Мысли водоворотом, причиняя очередную гамму боли. Я словно наяву вижу беременную блондинку, обнимающую моего мужа. Она носит его ребёнка, а я своего потеряла. Обида настолько сильная, что она подкармливает дикую ярость. В сердца желаю ему кару небесную, желаю и страшусь своих мыслей. Пожалуй, таких сильных качелей у меня не было никогда.

Мой маленький… я тебя не увижу никогда, никогда не возьму на руки, никогда не увижу твоей улыбки. НИКОГДА! И винить в этом я могу не только себя.