Онлайн книга «Только твоя»
|
Фархад бледнеет на глазах смотря на мой рот, но подходит ни он, перед лицом возникает Давид. Поднимает за подбородок, всего секунду смотрит, а потом каким-то замогильным голосом произносит: — Кто? Я не могу говорить, у меня шок. И боли нет, только тошнотворный привкус. Пальцы рук немеют — это отголоски стресса. Моя решимость тает так быстро, что я забываю даже простые слова. Адреналин так сильно шпарит по венам, от моей выходки, что нет разумных мыслей одни голые эмоции. — Сука! — рычит и разворачивается ко мне спиной продолжая закрывать обзор на Фархада, — Сказал же не надо их оставлять с ней! Вздрагиваю от грубого голоса и непроизвольно отступаю назад. Бежала сюда в полнейшем отчаяние горя пламенем обиды, сейчас же шарик сдулся и сжался до размера песчинки. Кровь, шумящая в голове, не даёт разобрать слов, я каким-то шестым чувством понимаю, что наряжённая спина парня выдаёт ярость. И это пугает. Они о чём-то ожесточённо перекидывается фразами с братьями, а потом не смотря на меня уходит. Встречаюсь взглядами с Фархадом. — Отец? — звучит мягкий и вкрадчивый голос. Киваю, не могу сосредоточиться на лицах, взгляд мутный от слёз. Отчаянно хочется зацепится за каждого, внутри буря и чан, наполненный до краёв страха. Эт унизительно, но я готова умолять заступиться. Потому что всё на полном серьёзе. — Твою мать, он же его сейчас порвёт… Шукрат вылетает следом. Вокруг начинается какая-то круговерть, а я не могу сдвинуться с места, пока не подходит уже, наверное, не муж и не обнимает за плечи, мягко подталкивая к креслу у стола. Усаживает и на столе возникают бумаги, в руках ручка, я ощущаю холодок металла. — Нужно подписать. Смотрю не на бумаги, смотрю на него. Подписать что? Разрешение на смертную казнь самой себя? Слёзы очередным потоком по лицу. У меня столько вопросов… — Почему? Могу вымолвить только это. Вместо: почему ты меня предал, почему так быстро отказался, почему так, Фархад?!! Я думала, что тебе можно верить, я думала, что ты последний человек, который меня предаст. Мы же договорились… Мягко улыбается, промачивая откуда-то взявшимся платком подбородок. Пальцы нежные, прикосновения еле ощутимы, но бьют током в тысячи вольт. — Нужно подписать, Аза. Это сейчас очень важно. Подпиши. Все вопросы потом. Нет времени, сейчас нужно. Опускаю глаза на бумаги, пальцы дрожат. Нужно вчитаться в текст, нужно понять, что там и чего именно хотят, но я не могу сосредоточиться, потому что прислушаюсь к тому, что за дверью, боясь услышать тяжёлую поступь отца. Не могу пересилить себя и не чувствовать гнетущую тишину и саму давящую атмосферу в кабинете. А ещё я чётко понимаю, вот он какой вкус крови. Кажется, что её у меня полный рот. Фархад присаживается на корточки около меня, привлекает внимание. Дезориентирована, напугана, прижата бетоном к земле. — Мы не думали, что твой отец узнает об этом так скоро, он не должен был знать совсем, но узнал. Мне очень жаль, Аза, сейчас нужно подписать. Голос мягкий, но на последних словах прорезается давление. Хмыкаю… Я просто оттянула неизбежное. Вот она надежда, которая умирает последней в агонии. Ставлю размашистую подпись, отодвигая от себя бумаги. Дышу через рот и смотрю на сцепленные пальцы рук. Возможно, было бы лучше если я покорно промолчу, но разве не за ответами я сбежала из рук отца⁈ |