Книга Хочу тебя себе, страница 42 – Маша Малиновская

— Ладно, — бросает Касьянов после долгой паузы и встает. — Пусть так.

Не совсем понимаю, что ему не нравится. Моя одежда недостаточно стильная, чтобы я имела честь находиться рядом с ним? Или мне следовало поехать в его футболке? Так погода, вообще-то.…

— Идём, — кивает и направляется к двери.

Я иду за ним. И внутри меня нет ничего, кроме страха и той странной, пугающей дрожи, которая появляется каждый раз, когда я рядом с ним.

Мы спускаемся на лифте на улицу, и он ведёт меня к паркингу. Проходим ряды автомобилей, пока не останавливаемся у чёрной спортивной машины. Это не та, на которой Игнат едва не сбил меня на пешеходном переходе, ту побил Сашка, это другая, но похожая.

Это чёрное чудовище выглядит как готовая к прыжку пантера: обтекаемое, блестящее, смертоносное. Под стать своему хозяину.

— Садись, — коротко бросает Касьянов, глядя на меня поверх крыши с водительской стороны.

Я колеблюсь. Сердце колотится, и в горле комок встает. Стараясь скрыть дрожь, я открываю дверь машины и опускаюсь на сиденье.

Игнат садится за руль и запускает двигатель. Машина оживает с рыком, от которого внутри всё сжимается. Это не просто автомобиль. Это демон в обличии металла.

— Пристегнись, — бросает Игнат, и я слышу щелчок заблокированных дверей.

Я нервно дергаю ремень, защелкивая его. Игнат слегка усмехается, ловит каждое мое движение. Его рука на рычаге передач, вторая — расслабленно лежит на руле.

Машина трогается. Сначала плавно, почти незаметно. Мы выкатываем из паркинга, проезжаем через шлагбаум жилкомплекса и выруливаем на дорогу. Я уже даже разрешаю себе немного выдохнуть, но через минуту Игнат давит на газ, плавно набирая скорость.

Я вжимаюсь в сиденье, когда мы буквально впечатываемся в трассу, и скорость начинает расти.

— Что ты делаешь?! — выкрикиваю я, с трудом переводя дыхание.

— Расслабься, Варя, — его голос звучит спокойно, как будто это прогулка в парке. — Просто даю тебе почувствовать, что значит быть со мной.

Цифры на спидометре растут.

Сто двадцать.

Сто сорок.

Сто восемьдесят.

В машине идеальная звукоизоляция, но свист ветра дорисовывает моя испуганная фантазия. Огни других машин мелькают, как полосы света. Сердце в груди бьется так громко, что заглушает в моих ушах даже рев мотора.

— Игнат, это опасно! — мои пальцы сжимаются на краю сиденья, ногти впиваются в мягкую кожу.

— Опасно? — он поворачивает голову ко мне на миг, а в глазах его мелькает насмешка. — Варя, опасно, когда ты теряешь контроль. А я — нет. Я никогда его не теряю.

Машина входит в поворот с визгом шин. Я прижимаюсь к сиденью, дыхание сбивается. Кажется, что мы вот-вот вылетим с дороги, но Игнат легко удерживает руль, управляя зверем с пугающей уверенностью.

— Тебе все ещё страшно, Варя? — он бросает взгляд на меня, чуть приподняв уголок рта.

— Останови! — кричу я, не в силах унять дрожь. Меня трясёт так, что зуб на зуб не попадает.

Он смеется. Звук его смеха резкий, как лезвие, проходится по нервам.

— Твоя жизнь, Варя, теперь в моих руках. Поняла? — его голос становится ниже, почти шипением. — Всё, что ты делаешь, что чувствуешь, зависит от меня.

Я молчу, зубы стиснуты так, что ноет челюсть. Если скажу что-то, он может разозлиться. Если промолчу, я подтвержу его слова.

Игнат резко тормозит. Машина с визгом останавливается на обочине. Меня бросает вперед, но ремень удерживает. Голова кружится от адреналина, а внутри всё горит от страха и гнева.