Книга Последний в списке, страница 19 – Эми Доуз

Я сглатываю комок в горле, и мой голос становится едва слышным шепотом:

— Если хотите уволить меня, я пойму.

Между бровей мистера Флетчера появляется морщинка, когда его взгляд опускается к моему рту. Он облизывает губы, чтобы ответить, когда откуда-то издалека доносится странный шум, и мы оба поворачиваем головы в сторону дома, заставляя меня вздрогнуть, когда боль пронзает шею.

Я замечаю Эверли, сидящую на ступеньках веранды с аптечкой первой помощи рядом с ней. Она свернулась калачиком, зарывшись головой в руки, и судорожно всхлипывает.

— Черт, — бормочет мистер Флетчер, делая движение, чтобы подойти к ней.

— Позвольте мне. — Я хватаю его за предплечье и чувствую легкое головокружение то ли от того, что чуть не утонула, то ли от соприкосновения кожи с кожей после того, как мысленно запечатлела в памяти его красивое лицо. Я отдергиваю руку и поспешно говорю: — Уверена, она чувствует себя ужасно, и только я могу ее простить.

Мускул на челюсти мистера Флетчера дергается.

— Не уверен, что ее нужно прощать прямо сейчас.

— Конечно, нужно, — возмущенно говорю я, мгновенно защищаясь. — Она не одна из ваших многочисленных сотрудниц, которых нужно отчитать. Она маленький ребенок, который совершил ошибку. — Я практически отталкиваю с дороги этого ворчливого антипапулю, корпоративного магната, чтобы подойти к своей подопечной.

— Йоу, Морское Чудовище, — окликаю я, и Эверли с красным лицом смотрит на меня, ее плечи сотрясаются от каждого истерического всхлипа, который сотрясает ее крошечное тело. — Серьезно, ты должна рассказать мне о своих тренировках. Я совсем не худышка, а ты так запросто затащила меня в этот бассейн. — Я пытаюсь рассмеяться, стоя перед ней, но Эверли не поддается на уловку.

— Мне так жаль, Кози, — всхлипывает она и вскакивает на ноги, чтобы прижаться ко мне. Обхватывает меня за бедра своими тонкими руками и прячет лицо у меня на груди. — Я не хотела причинить тебе боль. Думала, это будет забавно. Я такая глупая. Такая, такая глупая!

— Эй, — зову я, хватая ее за руки и оттаскивая от себя. Сажусь перед ней на корточки, чтобы посмотреть ей в глаза. — В тебе много чего есть, но глупость — даже близко не одна из них.

Девочка громко фыркает, ее маленький подбородок дрожит.

— Значит, я тупая.

— Ты не тупая, — возражаю я, а потом передумываю. — Ну, может быть, ты и тупая, потому что тупая и глупая — это одно и то же, но мы можем поработать над этим позже.

Она снова начинает плакать, и я понимаю, что моя шутка с треском провалилась. Я обхватываю ладонями ее лицо и заставляю посмотреть на меня.

— Я знаю тебя меньше дня, но уже могу сказать, что у тебя отличный вкус в книгах, ты милее всех детей твоего возраста, которых я встречала, и плаваешь как русалка. Глупый и тупой — это не те прилагательные, которые к тебе подходят. Ты меня поняла?

Ее подбородок продолжает дрожать.

— Но я могла серьезно навредить тебе.

— Твой отец-аквамен мог бы серьезно навредить мне, — поправляю я со смехом. — Ты видела, как он чуть ли не пушечным ядром обрушился на мою голову? — А потом обхватил меня так, как не обхватывал еще ни один мужчина. Вопрос жизни и смерти или нет, но у меня был внетелесный опыт, когда он нес меня через внутренний дворик.

Эверли разражается смехом и шмыгает носом, возвращая меня к действительности, и смотрит мне за спину. Я оглядываюсь и вижу, что мистер Флетчер стоит там и смотрит на нас сверху вниз шокированными, покрасневшими глазами, от которых мое сердце подпрыгивает к горлу. Такой реакции от него я точно не ожидала.