Книга Фиктивная жена для бандита, страница 34 – Ася Любич

— Что, теперь тебе нравится? — глотаю воздух жадно. Разворачиваю ее к себе посмотреть во влажное от слюны и слез, покрасневшее лицо. И тут же получаю плевок прямо в лицо.

— Ты животное! Ты не можешь мне нравится, — хрипит она сквозь рыдания.

Во мне шевелится чертова жалость, но я глушу ее, врезаясь в прокусанные в кровь губы своими. Не поцелуй, а пытка. Ощущаю этот вкус крови, терплю укус.

— Мне тоже есть чем в тебя плюнуть, — толкаю ее коленями на пол.

Не даю упасть, держу за волосы и дрочу дрожащей рукой, наконец освобождая одеревенелое тело от спермы.

Спускаю ей на лицо, марая волосы и губы. Плевков много, это тебе не слюна, ее так просто не сотрешь.

Она ревет в голос, надрывно, а я просто отхожу назад, пошатываясь от этой бешеной гонки на выживание. Что она со мной сделала? Вот что превратила?

— Ненавижу! — кричит. — Ненавижу.

Находит в себе силы подняться и напасть, ударяя по лицу, раз, другой. Терплю два удара и пихаю ее обратно на пол.

— Ты кажется кого — то ждала? — сглатываю, чувствуя как нутро разъедает от непонятного, непривычного чувства. — Удачной встречи.

*****

Надо выпить. Залить сладким коньяком горечь, что поселилась в моем горле. Открываю дверь комнаты допросов, протискиваюсь мимо додика, что молчаливо слушал мольбы Ани… Пиздец, куда мир катится? Никто ведь не помог, все о себе пекутся. Поднимаю глаза, а он свои прячет.

— Найди ей одежду и отведи умываться. И не трогай!

— Да, Давид Маркович, — кивает он, я поворачиваюсь и иду по темному коридору, внезапно сталкиваясь с женщиной, которая застывает при виде меня. Судя по всему, та самая Люда, на помощь которой надеялась Аня. Но я понятия не имею, что может эта женщина. Намалеванная настолько, словно очень хочет привлечь мужское внимание. На меня смотрит с открытым ртом, а когда прохожу мимо, еще долго чувствую, как в спину пялится. Прости, тетя, но оказывается, ты не в моем вкусе.

Сажусь в машину, и руки дрожат. Бью по рулю, пытаясь сбить хоть часть напряжения, хоть немного успокоиться, но грудь все еще распирает, а кишки крутит от страха, словно сейчас разверзнутся небеса, и меня прибьет молнией.

Это все из-за нее. Она виновата! Нечего было на меня смотреть, как на говно! Я ей все, а она…

— Я тебе все, а ты! Да что эта тетка сделает? Нихуя не сделает!

С месте газую, словно все черти ада за мной гонятся. Долетаю сквозь тяжелый автомобильный трафик до клуба, в котором привык снимать телок. Нужна… Любая. Просто вспомнить, что не говно. Что дохуя влиятельный и вообще охуенный. И что каждая, каждая пойдет со мной, стоит только щелкнуть пальцами.

Приземлюсь на диван и смотрю, как на шесте елозит задницей блондинка. Мне приносят выпить, и я сразу опрокидываю в себя порцию.

— Давай ее сюда, — киваю на девку на сцене. Выглядит почти невинной, если бы не трусы, в которых видно розовый клочок плоти. Член все еще гудит от другой розовой плоти, в которой было больно, остро и болезненно приятно.

— Добрый день, Давид Маркович, давно вас не было видно.

— Рот закрой и танцуй, — опрокидываю в себя вторую порцию виски. Не запиваю. Ощущаю, как жжение дает возможность выдохнуть, проколоть тот шар огненный, из-за которого я еле дышу.

Мне, блять, никогда не требовалось брать кого-то силой. Они вон сами лезут, как пчелы на мед. Ластятся, улыбаются, жаждут запрыгнуть в мои штаны и глотать литры спермы. А она? А она? И чем я ей плох? Рожей не вышел?! А может, член маловат? Или великоват? Что? Что не так?!