Книга Игра убийцы, страница 92 – Изабелла Мальдонадо

Всем своим мертвым весом.

Дани не приходилось лишать человека жизни с тех самых пор, как она уволилась из армии. Да и в новой ее работе такая возможность существовала, но где-то на заднем плане, уже перестав быть тем невидимым неразлучным спутником, каким была прежде. Немезида поставил ее в такое положение, где ей пришлось воскресить все свои былые навыки. Неужели Торо прав? Она уже солгала и убила. Ну а дальше, по ходу игры она будет вынуждена еще и обманывать и красть?

Торо освободил Дани от навалившегося сверху безжизненного тела дока Токсина.

— Сукин сын дрался отчаянно!

Дани не стала указывать на то, что док Токсин дрался, защищая свою жизнь. Вместо этого она засунула пистолет в голенище ботинка и, наклонившись к доку Токсину, приложила два пальца ему к шее.

— Ничего.

— Прекрати беспокоиться о том, чтобы беречь человеческие жизни, – сказал Торо. – Иначе нам отсюда ни за что не выбраться.

— Вынуждена тебя огорчить. – Дани посмотрела ему в лицо. – Живым отсюда не выйдет никто. – Она оглянулась на дока Токсина. – В этом весь смысл.

— С чего ты взяла?

— Помнишь, что сказал Немезида в своей краткой вступительной речи? – напомнила Дани. – Мы – сборище убийц. Без нас мир будет лучше. Немезида смотрит на нас как на гладиаторов, сражающихся не на жизнь, а на смерть ему на потеху. – Она посмотрела Торо в глаза. – Мы убиваем друг друга, потому что он нам так приказывает.

— Ты хочешь сказать, мы вроде как наемные убийцы? – в негодовании воскликнул Торо. – Занимаемся тем, чем я зарабатываю на жизнь?

Этим замечанием он едва не раскрыл себя.

— Тут дело не в том, чем мы зарабатываем на жизнь, – поспешно сказала Дани, стремясь исправить потенциальную оплошность. – Впрочем, сейчас не время для подобных разговоров, – добавила она.

Возможно, на Торо подействовал стресс этой смертельной игры, а может быть, они с доком Токсином были друзьями, но он воспринял слова Дани как личное оскорбление и решил дать ей гневную отповедь.

— Как я тебе уже говорил, на военной службе тебе пришлось убить многих. Ты даже никогда не встречалась со всеми этими людьми. И ты делала это по чужому приказу, за деньги, но только ты называла это жалованьем. – Торо ткнул пальцем по очереди в себя и в Дани. – Мы с тобой совершенно одинаковые!

— Других двух таких разных людей не найти, – парировала Дани, поднимаясь на ноги.

Торо шагнул к ней:

— Ты считаешь себя особенной, потому что служила в спецназе? Да ты…

Дани вонзила кулак ему в гортань, перекрывая доступ воздуха и обрывая его гневную тираду. Торо упал на колени, кашляя и отплевываясь.

— Я же объясняла тебе, что это был такой подкат, – сказала она, стремясь обратить все в шутку. – По какой-то глупой причине я пыталась произвести на тебя впечатление.

Торо продолжал прижимать руку к горлу. Краска схлынула с его лица.

— Извини, милая, – наконец хрипло выдавил он.

— Блин! – одним емким словом подвела итог Дани.

Быстро отмотав видеозапись назад, Немезида прокручивает ее снова.

«Ты считаешь себя особенной, потому что служила в спецназе?»

И затем тычок в горло. Взгляд, которым они обменялись после неуклюжей попытки Никки Корасон загладить реплику своего дружка. Тут не было никаких сомнений. Эти двое что-то скрывают.

У Немезиды на своем горьком опыте была возможность убедиться, какая это страшная штука – тайны. Они разбивают человеку жизнь, лишают его состояния, убивают. В конце концов, именно тайны определяют эту игру.