Книга Люблю, мама, страница 61 – Илиана Ксандер

Лиззи – моя самая большая проблема. Она может выкинуть какую-нибудь глупость – например, сбежать, – и тогда прости-прощай книжная сделка. Правда, на данный момент она больше похожа на зомби.

— Оставайся здесь с ребенком и с ней, а я поеду в город за одеждой и детской смесью, – говорю Бену. – Заверну к ней домой и заберу детское барахло, которое она стаскивала туда в последние месяцы. Еще что-нибудь?

— Почему мне не съездить? – жалким тоном вопрошает Бен, качая младенца на руках.

Ему, кстати, идет. По сути, больше он ни на что не способен.

Серьезно, он меня бесит. Если не прекратит действовать мне на нервы, его Лиззи закончит так же, как предыдущая владелица бунгало, – случайной передозировкой рецептурного препарата.

Делаю глубокий вдох, чтобы немного успокоиться.

— Я лучше справлюсь, если что-то внезапно случится, – объясняю ему.

— Я тоже справлюсь, – возражает Бен.

— Вот и нет. Потом, мне нужно кое-что разузнать. У меня меньше шансов столкнуться в городе со знакомыми. Вдруг тебе попадется кто-нибудь из приятелей или профессоров? Вдруг они спросят про ребенка? Про твою девушку?

Он снова тупо на меня таращится. Терпеть не могу этот его щенячий взгляд. Хоть раз бы повел себя как мужчина!

Нет, конечно, Бен милый. И обаятельный. Душа любой вечеринки. Вот только жизнь – не вечеринка.

Он с трудом окончил колледж. Справедливости ради, я сама вообще не училась в колледже, но некоторым из нас не требуется ученая степень, чтобы добиться успеха. Без всякой медицинской школы я разобралась, как принимать роды. Порой самый ценный жизненный опыт мы извлекаем из самых худших ошибок. Залететь – одна из них. Кому и знать, как не мне. Я через это прошла. Но Бен никогда ничего не узнает.

— Ни с кем в городе не говори, – предупреждает меня он.

Боже, как утомительно! Он славный, но, черт подери, тупой как пробка. Ему повезло, что он мне нравится, потому что даже в постели Бен так себе. Его единственный плюс – талантливая подружка, которая постепенно превращается в овощ.

— Бен, малыш, – делаю шаг к нему и беру его лицо в ладони. – Мы же продержались эти два дня, правда?

Он кивает, заметно смягчившись. Им так просто управлять!

— Продержимся и дальше. Просто верь мне, – говорю самым сладким голоском, какой удается изобразить с учетом ситуации.

Важно, чтобы Бен сейчас оставался… хочется сказать – довольным, но какого черта – дееспособным. Он мне нужен.

— А что с ней? – спрашивает он.

Мне хочется его ударить. Клянусь, куда проще было управляться со всей этой неразберихой последних дней, чем проявлять терпение с Беном. Может, он и переживает из-за Лиззи, но это не моя проблема. Не выношу слабаков.

Но если я рассержусь, это его напугает и расстроит. Нельзя, чтобы он сделал что-нибудь глупое и все испортил. Поэтому я продолжаю играть свою роль.

Напрягаюсь, чтобы заплакать. О да, слезы уже выступают. Получилось – теперь все выглядит достоверно. Закусываю губу, всхлипываю и чувствую, как влага течет по щекам.

— Она отняла все, что у меня было, Бен, – говорю дрожащим голосом. Горький полушепот – идеально. – Ты не понимаешь. Этот парень, моя первая любовь, – он был для меня всем. А она увела его. Вот так вот запросто. – Щелкаю пальцами. – Она разрушила мою жизнь.

Намеренно тяжело сглатываю и шмыгаю носом.