Книга Будет больно, приятель!, страница 101 – Георгий Юрский

— Мы пока ниже травы, тише воды будем, — ответил Сергей.

— Давайте так. Я завтра в Москву улетаю, а вы побудьте на моей яхте. Она тут еще походит по Карибским островам.

— Спасибо, но у меня подписка о невыезде, — покачал головой Даниил.

— А я лучше в Америке семью спрячу, — добавил Сергей. — Спасибо за предложение.

— Вам решать. Я тогда бронь номера вам продлю, пока следствие идет.

На этом они и порешили. Договорившись с Самсоновым о способе коммуникации, они тепло попрощались, сели на катер и уплыли в гостиницу. Там их ждали Юлия и Розалинда. Кубинка уже отошла от первого шока, но выглядела абсолютно потерянной. Она была уже не роковой красавицей, а маленькой девочкой, столкнувшейся с жестоким миром. Отсутствие косметики и роскошные волосы, завязанные в хвостик, делали ее почти подростком. За ужином он подсел к ней и не очень умело, но весьма старательно пытался ее развлечь. Смирнов без умолка рассказывал ей свои полицейские истории, требовал рассказов о ее юности, научил ее и детей Сергея играть в подкидного дурака, в общем прилагал массу усилий, чтобы отвлечь ее от печальных мыслей. Ему это почти удалось, и к концу вечера Розалинда чуть повеселела и от души поблагодарила Даниила за вечер.

На следующий день Сергей с семьей улетел, а Смирнов потащил Розалинду учиться кататься на виндсерфе. Он не имел никакого представления об этом виде спорта, но трезво рассудил, что отвлечься от трагических размышлений можно только полностью загрузив голову и тело каким-то занятием. Виндсерфинг оказался вполне адекватным видом спорта для этой задачи. К концу дня у них болели все части тела, а голова гудела от постоянных падений в морскую воду. Этим вечером они опять за ужином много болтали. Даниил рассказал Розалинде о первом браке, показал фотографию дочери. Кубинка ответила рассказом о знакомстве с Иваном и их планах на будущее. Тут она опять погрустнела, и Смирнову пришлось приложить немало усилий, чтобы перескочить на нейтральную тему разговора. Он не придумал ничего лучше, как рассказать о своем опыте сбыта поддельных купюр.

— Ты знаешь, как я сбывал поддельные купюры?

— Ты, полицейский, и подделывал деньги? — не поверила Розалинда.

— Я их не подделывал. Моему другу Сане достались несколько стодолларовых купюр. Плохо подделанных, если честно. А нам было по семнадцать лет и очень нужны были деньги, — пожал плечами Даниил.

— И что вы с ними сделали?

— Мы использовали жадность ларечников. Ну, продавцов в палатках. Они очень любили пьяных обсчитывать. Поэтому один из нас строил из себя пьяного, заказывал кучу товара, скажем долларов на пятьдесят-шестьдесят, и когда продавец называл завышенную цену, предлагал ему взять сто долларов. Чтобы еще и на обменном курсе продавец нажился.

— А почему продавец не проверял купюру?

— А потому что тут появлялся второй, как бы более трезвый, и пока первый махал купюрой, уговаривал его не тратить деньги. И в половине случаев продавец, уже обрадованный наживой, хватал, не глядя, деньги, отдавал покупки и закрывал окошко, чтобы покупатель не передумал. Ну и у нас был банкет. Алкоголя из ларька забирали на приличную сумму.

— Вы просто театр там устраивали, — всплеснула руками Розалинда и залилась смехом.

— Просто пользовались человеческими слабостями, — развел руками Даниил.