Книга Будет больно, приятель!, страница 103 – Георгий Юрский

В череде других событий этого периода Даниилу запал в душу случай на рынке. Они пошли закупаться едой и свежими фруктами. Розалинда долго и придирчиво отбирала продукты и торговалась с продавцами, Смирнов послушно носил за ней авоськи. В какой-то момент он ушел вперед, и его окружила толпа маленьких оборванцев. Пользуясь тем, что его руки были заняты, они начали выдергивать фрукты из его пакетов. На его крики дети не реагировали, а бить их было как-то неспортивно, по-другому отмахнуться от них не получалось, и Даниил реально растерялся. Секунд через десять к нему подскочила Розалинда, несколькими подзатыльниками и криками на испанском разогнала попрошаек и с улыбкой посмотрела на него. Смирнов сперва хотел сгореть со стыда, так как застеснялся перед ней из-за своей беспомощности. Но она настолько тепло и заразительно засмеялась, потрепав его по шевелюре, что он перестал стыдиться произошедшего. Они оценили убытки, докупили новых фруктов взамен утащенных и пошли домой.

— Я хорошие фрукты выбирала, надеюсь, детям понравится, — рассмеялась она на его попытку оправдаться за потерю продуктов.

Даниилу запомнилось не столько ее реакция, сколько свое ощущение от того, что он чуть ли не впервые в жизни попал в неловкое положение перед женщиной. Обычно он все время был на высоте, особенно в части безопасности. Смирнов и допустить не мог, что девушка будет спасать его от попрошаек. Но вот это произошло, а земля вовсе не налетела на небесную ось. Наоборот, отношения Розалинды и Даниила стали чуть глубже.

Через неделю ему объявили о смене его статуса с подозреваемого на свидетеля и отдали документы. На следующий день он с Розалиндой с чистой совестью полетел в Лос-Анджелес.

В Лос-Анджелес Даниил летел уже как к себе домой. Так уж устроен человек: как только несколько раз возвращаешься куда-то, начинаешь это место воспринимать как дом. Даже гостиницу в туристической поездке люди берут как точку отсчета. Смирнов уже в третий раз держал свой путь в город ангелов и поймал себя на мысли, что привык туда возвращаться.

В детстве он иногда задумывался о переезде в другую страну. Поскольку вырос он на голливудских фильмах, США представлялись ему оптимальной страной для эмиграции. Там все говорили по-английски, были толерантны к мигрантам из других стран и реально давали неограниченные возможности. Но, к сожалению, Даниил не стал программистом или спортсменом, то есть представителем той профессии, где ты одинаково востребован в разных странах. Российское юридическое образование пригодится только в России, так как системы права были принципиально разные. Островная и континентальная, как он запомнил из лекций в университете. Конечно, он мог бы переучиться или смирить гордыню и пойти шофером такси. Но ради чего? На поверку жизнь в Америке была хороша либо для очень успешных, либо, наоборот, для самых бедных. Остальным приходилось вкалывать за троих, чтобы выйти на достойный уровень бытия. А у него уже была в России семья и профессия. Потом, правда, семьи не стало, и профессию пришлось сменить, но в тридцать лет страсть к авантюрам снижается. Да и не ждал его никто в Америке, так что эмигрировать пришлось бы нелегально.

Про эмиграцию в Европу он вовсе не задумывался, хотя бывать там в качестве туриста Даниил очень любил, но очевидно, жить там было бы еще сложнее. Про Азию и дауншифтинг он даже не задумывался. У Смирнова было несколько друзей, сдававших квартиры в Москве и на эти деньги отрывающихся на Гоа или в Таиланде. Был знакомый налоговик, возвративший слишком много НДС и сбежавший на Бали. Слушая их хвальбу о дешевизне житья в райском месте, он глубоко сомневался в их искренности. В общем, Даниил до поры до времени руководствовался пословицей «где родился, там и пригодился».