Книга Холодный клинок, страница 83 – Валерий Шарапов

— Боюсь, и в этом я вам не помощник, — развел руками главврач. — Меня перевели сюда всего пять лет назад. Прошлый главврач скончался. Аневризма.

— Что ж, Юрий Петрович, спасибо и на этом, — Барышников поднялся. — Не подскажете, как найти Тамару?

— В этом заведении самостоятельные перемещения запрещены, — заявил главврач. — Я приставлю к вам Ниночку. Она будет сопровождать вас, пока вы находитесь на территории учреждения. Надеюсь, вы отнесетесь к этому с пониманием.

Барышников заверил главврача, что не имеет ничего против компании Ниночки. Подняв трубку телефона внутренней связи, Юрий Петрович объяснил дежурной медсестре, что от нее требуется, положил трубку и попрощался с визитерами. Выйдя в коридор, оперативники дождались медсестру Ниночку и следом за ней отправились на поиски Тамары.

С Тамарой разговор получился короткий, но продуктивный. Она почти сразу заявила, что ее подруга-собутыльница в последние недели до смерти вела себя весьма подозрительно. Выражалось это в ее нежелании общаться с подругой, каковой себя считала Тамара. Каждую смену Зинаида приходила в каморку к Тамаре, чтобы попить чайку с печеньем и поперемывать косточки коллегам. Такое у них было развлечение. Но за две недели до гибели Зинаида будто уклонялась от общения. Она не говорила напрямую, что не желает пить чай и сплетничать, но как-то так получалось, что в обеденный перерыв, положенный сотрудникам больницы, Зинаиды не оказывалось на месте. То она в магазин убежит, то в почтовое отделение, расположенное в двух кварталах от больницы. То просто куда-то исчезнет, и сколько бы ни искала Тамара подругу, найти на территории больницы ее не могла.

В последний день перед смертью Тамара все-таки выловила Зинаиду, приперла ее к стенке и велела выкладывать, что у той за секреты появились. Зинаида как раз вернулась из магазина, и Тамара сразу поняла, что в сумке у нее не одна бутылка вина. Не дешевого пойла, а приличного вина. Тамара намекнула, что негоже утаивать приличный магарыч от подруги, но Зинаида делиться не пожелала.

— Мне стало странно, откуда у Зинки деньги на хорошее пойло? У нее отродясь больше пятидесяти копеек в карманах не задерживалось, а тут вдруг благородная «Массандра». Представляете? — заливалась соловьем Тамара. — Я сама видела. Исхитрилась и заглянула к ней в сумку. Она скривилась от злости, но стерпела. Не хотела делиться, понимаете?

— Это мы понимаем, — поддержал разговор Барышников. — Не понимаем лишь одного: откуда все же у Зинаиды появились деньги на дорогое вино?

— Не только на вино, — воодушевленно заявила Тамара. — Когда я ее к стенке приперла, она все же сказала, что, мол, один давний знакомый ссудил ей деньжат. Пятьдесят рублей! Представляете?

— Пятьдесят рублей? — Барышников с сомнением покачал головой, тем самым подзадоривая Тамару. — Не может быть! Скорее всего, ваша подруга вас попросту разыграла.

— Разыграла? Как бы не так! — Тамара аж на месте подпрыгнула от возмущения. — Думаете, я такая наивная дурочка, чтобы на слово Зинке поверить? Нет! Я видела эти деньги. Вином она не поделилась, но вытащила из кармана деньги и отмусолила мне рубль. Сказала: помяни рабу божию. И имя произнесла, только я не запомнила. Оно мне надо? Я попам не верю и поминать никого не собираюсь. Всем известно, что попы на простых людях наживаются, какого черта тогда мертвых поминать?