Книга Всё имеет свою цену, страница 165 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

Конрад Симонсен неуверенно согласился:

— Знаем, вероятно, довольно сильно сказано, однако мы с большой долей вероятности это допускаем. Если уж он наметил себе жертву, то его не смущают никакие усилия. И все же – куда ты клонишь?

— Этот мешок, с помощью которого он впоследствии убил Катерину Томсен, он нацепил на бюст Моцарта, после чего ее папаша оставил на нем свои отпечатки во время переезда.

— Да, так нам все это представляется. И сам он в большей или меньшей степени подтвердил это во время допроса. Но какой интерес это представляет именно теперь?

— А такой, что бюст Моцарта привязан к Андреасу Фалькенборгу, а пластиковый мешок – к убийству Катерины Томсен…

Она не окончила фразу. Слегка помедлив, Конрад Симонсен сделал это за нее:

— И если нам удастся привязать пластиковый мешок к бюсту Моцарта, то мы его подловим. Что ж, идея интересная. Продолжай.

— А продолжать, в общем-то, и нечего. Мне кажется, логично было бы предположить, что отпечатки пальцев в какой-то степени зависят от той поверхности, на которой они остаются или которую в данном случае сжимали. Может, в отпечатках можно будет отыскать отражение контуров бюста. Или, может, эксперты сумеют найти однозначные следы пребывания бюста в пакете. При этом я исхожу из того, что бюст этот все еще хранится в каком-нибудь архиве или на каком-либо складе.

Остальные дружно закивали. Это была лучшая из всех идей относительно того, что еще можно предпринять в данной ситуации. Несмотря на то, что времени уже почти не осталось.

Тем не менее Поуль Троульсен задал вопрос, который, казалось, напрашивался сам собой:

— Почему же ты раньше ничего не говорила об этом?

Графиня без тени смущения ответила ему в тон:

— Потому что мне только сейчас пришло это в голову.

Все трое посмотрели на Конрада Симонсена, который подвел итоги:

— По крайней мере, Мельсинга стоит об этом спросить. Позвони ему, Графиня. Отыщи, где бы он ни был. Поуль, ты выяснишь, где находится этот мешок. И позаботься о том, чтобы, если он понадобится сегодня вечером, кто-то смог бы нам его выдать.

Четверть часа спустя вновь появилась Графиня с хорошими новостями от Мельсинга:

— В общем и целом существуют неплохие шансы привязать бюст к мешку. У Мельсинга даже появилась парочка каких-то собственных идей, которые я, признаться, толком не поняла. Он и его отдел готовы начать, как только мы доставим им оба объекта. Проблема только во времени. На проведение соответствующих исследований одних суток не хватит. Неделя – более реалистичный срок, да и то, если они будут работать, не разгибаясь, целыми днями, однако…

Она улыбнулась. Конрад Симонсен и Полина Берг как завороженные следили за движениями ее губ.

— Если им удастся обнаружить следы гипса на внутренней стороне пакета – а это они сумеют определить в течение сегодняшней ночи, – то Мельсинг согласился пойти на то, чтобы представить судье свои выводы, которые будут несколько выходить за пределы реально проведенных исследований. И это гарантирует нам еще добрую неделю рабочего времени.

Конрад Симонсен стукнул кулаком по столешнице, издав при этом энергичное «yes». После чего прибавил:

— Значит, столь желаемое чудо все же произошло.

Чудо длилось ровно пять минут. Затем в кабинет вошел Поуль Троульсен, всем своим видом демонстрируя полнейшее уныние.