Книга Всё имеет свою цену, страница 211 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Не знаю, просто малая и все.

Конрад Симонсен понял, что пришла пора вмешаться. Завуалированное заявление Хельмера Хаммера вовсе не повлияло на актуальность планов главного инспектора привлечь к работе по ведению наблюдения людей из ПСК. Наоборот, ему неожиданно вроде бы даже удалось обзавестись союзником в лице самого начальника данного ведомства. Было очевидно, что шеф ПСК прекрасно понял суть сказанного заведующим отделом администрации премьер-министра. В отличие от остальных, не считая Графини, самого главного инспектора и Бертиля Хампель-Коха. Конрад Симонсен обратился к нему:

— Для выслеживания Андреаса Фалькенборга мне понадобится изрядное количество твоих людей – в отличие от моих, они прекрасно этому обучены.

И чудо действительно произошло: шеф ПСК воспринял его слова вполне положительно:

— Замечательно, не возражаю, но отдавать им команды буду я.

— Да, предварительно посоветовавшись со мной. Если расследованием руководят двое, то это уже не расследование, а бардак.

Директор департамента полиции горячо поддержала Конрада Симонсена, пустившись в пространные рассуждения по поводу неясности в приоритетах исполнения приказов начальства. По ее мнению, это являлось едва ли не худшим из всех зол, сравнимых разве что с чумой и маргинальным налогом… Наконец, шеф ПСК прервал ее, угрюмо буркнув:

— Ладно уж, пару дней я вполне могу пожить под началом Симона, ну, то есть Конрада Симонсена…

Теперь, когда все неясные вопросы были окончательно решены, заключительное слово было за начальником Главного управления полиции. Слегка помедлив, он начал:

— Да, так вот, значит, вполне возможно, мы могли бы рассмотреть…

Закончить данную глубокую мысль ему помешал заведующий отделом министерства юстиции:

— Это отнюдь не лучшее решение, и мое непосредственное начальство выступает категорически против него. Вся эта история – еще отнюдь не повод для того, чтобы из-за нее ослаблять службу, отвечающую за внутреннюю безопасность страны.

Секретарь министра юстиции с изрядной долей цинизма в тон ему прибавила:

— Речь-то ведь в данном случае идет всего лишь о каких-то там двух женщинах.

Высказывая этот аргумент, она энергично кивнула, и ее огромные клипсы закачались в такт произнесенным словам. В ответ Конрад Симонсен с ледяным спокойствием сказал:

— Попробуй повторить – и сразу же схлопочешь по физиономии. Можешь не сомневаться, это вовсе не пустая угроза.

Заведующий отделом министерства юстиции от неожиданности отпрянул от стола, начальник Главного управления полиции, отчаянно нервничая, попытался сгладить инцидент и перенести принятие окончательного решения на завтра. Эрнесто Мадсен, шеф ПСК и прокурор Копенгагена не сочли нужным прятать язвительные улыбки, а секретарша министра юстиции принялась с остервенением рыться в сумочке, пока не отыскала в ней свой ингалятор.

Наступившую паузу прервал Хельмер Хаммер. Глядя в упор на заведующего отделом, он сказал:

— Я, напротив, считаю, что это – лучшее решение. А если твоя непосредственная начальница с ним не согласна, она в курсе, куда обратиться.

После этого он посмотрел на начальника Главного управления полиции, который, запинаясь, пробормотал:

— Ну, что же, по-видимому, э-э-э… так мы и порешим…

Бертиль Хампель-Кох сделал заключительную запись в протоколе, и на этом совещание окончилось. Графиня же подумала о том, какая пропасть разделяет прежнего приятного босоногого собеседника из Ботанического сада и всемогущего чиновника-бюрократа, с которым ей довелось встретиться сегодня.