Книга Река – костяные берега, страница 129 – Полина Луговцова

— Калакольсык!

— Здорово! А где твои родители? Где мама?

— Мама дома! – ответил ребенок и энергично подергал веревку: колокольный стержень заколотил по куполу. Видимо, это занятие доставляло ему огромное удовольствие. Вид малыша вызывал беспокойство: вряд ли на эту прогулку его вывели родители, судя по изодранной рубашонке до колен и торчащим из-под нее худым ножкам, покрытым коркой грязи.

— А как тебя зовут? – спросила Маша и огляделась, все еще надеясь увидеть поблизости кого-то из взрослых. Бывают же нерадивые матери и отцы, которые не обращают внимания, как одеты их дети. Даже с нормальными отцами случается, что они приводят детей в детский сад в одних носках – кто-то из знакомых рассказывал реальный случай из жизни.

Маша с трудом разобрала имя, произнесенное ребенком. Оказалось, что его зовут Лешей. Говорил он очень плохо, хотя выглядел не младше трех лет. Поэтому, конечно, не мог сообщить ей, откуда он пришел и почему тут очутился.

— И что же мне теперь с тобой делать? – произнесла Маша, протягивая руки, чтобы вытащить его из колокола. Тот подался ей навстречу. Он оказался довольно тяжелым, и стало ясно, что с ним на руках ей далеко не уйти. Вернуться к лодке тоже не получится: уже почти стемнело, и в этих дебрях в темноте дорогу к протоке не найти. Придется устраиваться на ночлег прямо здесь, среди колючих кустов, как бы жутко это ни было.

Лишенный солнечного тепла, воздух стремительно остывал. Ребенка потряхивало. Маша сняла с себя «худи», завернула его в толстый флис и посадила обратно в колокол, а сама принялась собирать сухие ветки, чтобы развести костер. Хорошо, что перед тем, как выйти из дома, она бросила в рюкзак газовую зажигалку, забрав ее с кухни, – мысль эта пришла ей в голову в последний момент. Страшно подумать, каково бы ей пришлось, если бы она этого не сделала!

В рюкзаке обнаружились еще и чизбургеры, о которых Маша совершенно забыла. Давно она так не радовалась еде! Развернув шуршащую промасленную бумагу, она протянула мальчику румяную булку с котлетой и сыром. Тот заметно оживился и, схватив двумя руками, жадно откусил.

Когда костер разгорелся, стало тепло и спокойно – окружающий лес заволокло дымом так, что ни один зверь теперь и близко не осмелится подойти. Управившись, Маша заглянула в колокол: ребенок спал, почти незаметный во флисовом коконе из «худи», наружу торчала только его вихрастая макушка. Девушка осторожно погладила его по голове, тихо прошептав: «Ничего, малыш! Завтра мы с тобой выйдем к какой-нибудь деревне, где нам помогут отыскать твоих родителей. И Бориса тоже». Второй чизбургер она есть не стала, оставив ребенку на утро. Малыш выглядел очень худым и слабым, ему еда была нужнее. Неизвестно, как давно он оказался один в лесу и чем питался все это время.

Прислонившись спиной к тележке, Маша вытянула ноги к костру и закрыла глаза. Мерное потрескивание горящих углей заглушало шорохи, доносящиеся из леса, отчего возникло ощущение безопасности. Пламя немного угасло, но жар от кострища продолжал согревать, и Маша, собиравшаяся всю ночь бодрствовать, незаметно для себя уснула.

Ее разбудил треск веток, словно сквозь лес ломился дикий зверь. Вскочив на ноги, она схватила охапку сучьев, приготовленных для поддержания огня, и бросила поверх слабо мерцающих рыжих искорок, уже не способных дать ни тепла, ни света. Пламя тотчас взметнулось вверх, озаряя пространство красноватыми всполохами. Это должно было отпугнуть хищника, но шорох и треск, к ужасу Маши, раздавались все ближе. Немного успокаивала мысль о том, что это может быть не зверь, а люди, только вот кто знает, вдруг это какие-нибудь темные личности вроде беглых зеков или браконьеров?!