Книга Шурале, страница 149 – Даша Бунтина

— Ты, Старостина, балду не гоняй, а скажи кратенько, что за бабка такая и что она там наговорила. – Архипов произнес это, не отрываясь от экрана компьютера.

— А вам это не помешает? – удивилась Вика.

— Мне на изучение дела понадобятся пять минут, и ровно столько есть у тебя, чтобы поделиться со мной иррациональными предсказаниями. Давай. По моим подсчетам, через пять минут вернется Синицын, а минут через пятнадцать-двадцать – Ерсанаев… и то, если найдет, кто его проводит сюда.

Тут Вика поняла, для чего он нелепо задержал его – чтобы потом не пошли слухи в отделении и Никита не поставил под сомнение его авторитет этими байками.

— Если что, Горелов в курсе, – начала Вика.

— Не сомневаюсь, – заметил безэмоционально Архипов, и отчего-то этот ответ больно кольнул Вику в живот. Но она сосредоточилась и начала по порядку: что бабка – бабушка ее одноклассника, что она, мол, «видит». Здесь Архипов попросил ее ускориться.

— Ладно, в общем, она сказала, что не видит, кто Марию убил, и что это какой-то зверь неведомый.

— Зверь? Интересно. – Архипов оторвался и пристально посмотрел на Вику.

— Динара якобы не Пешков убил, а тот, кто видит и знает все, что знаем мы. Бред, да? – Вика попыталась усмехнуться, но Архипов отвлекся от экрана второй раз. За линзами его очков проскользнуло удивление.

— Старостина, ты рассказывай, а оценивать это оставь мне. И не забывай, что человеческий мозг работает на десять процентов из ста возможных. Кто его знает – аферистка твоя бабка или человек, у которого в работе задействовано больше извилин.

Вика немного опешила: Архипов первый, кто отнесся к сказанному серьезно и не поставил ее психическое здоровье под сомнение. Тогда она рассказала остальное. В целом, информации было мало, ничего особенного ей не сказали, но то, с каким видом Архипов ее слушал и даже местами кивал, заставляло задуматься. Он вообще выглядел напряженным и пару раз посмотрел на дверь.

— Знаешь, у меня тоже ощущение, что кто-то подкидывает нам Пешкова, если честно, и, собственно говоря, поэтому мы так и стартанули сюда…

Вика обняла себя руками.

— Вы думаете, что это тот, кто был связан с этим делом? Свидетель?

Архипов отвлекся от документов и кивнул головой.

— Возраст подходит, мотив на всю жизнь, а то, что свидетель был братом погибшей…

— Братом? – Вика едва сдерживала себя. – Это же могло его надломить, да?

— Расщепило, если использовать психологический термин.

— И он придумал бы сущность, которая будет мстить? С детства? Такое возможно?

— Не сразу, вероятно были еще какие-то касания… А может, и учителя. – Архипов умолк, и Вика задумалась.

— Странно, в деле совершенно нет ничего толкового про пацана, только имя, даже возраст неточный. Со слов дознавателя, мать была в истерике и все время путала даты.

— А фото девочки? – спросила Вика, и Архипов подвинулся, открывая ей экран монитора.

Старостина содрогнулась. Словно кукла, девочка повисла на металлической проволоке: одной стороной она была по ту часть забора. Руки разведены на разных прутьях, видимо старалась раздвинуть их. Смертельной ошибкой было пролезать не над, а между ними. Проволока тянулась причудливым узором. Возможно, протискивая голову, она зацепилась хвостиками и потеряла равновесие.

Вика видела много фотографий трупов самых разных детей, но это чудовищное зрелище напоминало инсталляцию, задуманную и спланированную. Каждая деталь словно кричала о том, что это манекен, что все подстроено современным художником. Но это правда. И Настя Кириллова была настоящей. Только мертвой. На фотографии было видно, что на девочке была одна яркая кроссовка – вторая, видимо, упала, когда она перелезала.