Книга Отдай свою страну, страница 77 – Ирина Дегтярева

— Кому продал? – Марио не узнал свой голос, глухой и хриплый.

— Французу какому-то. Нгие принес деньги. Много. Я не хотела брать. Он уговорил. Я просила его уехать и жену с детьми увезти. Но француз велел не отправлять их, чтобы ты ничего не заподозрил, а тебе приказал соврать что-то про китайцев. Я не очень поняла. Остальные деньги привез охранник француза. Так Нгие с ними договорился. Хорошо, что ты пришел, – подытожила она с подозрительным удовлетворением в голосе. – Думала сделать это завтра, но так лучше.

Сильное сердцебиение навело на мысль о яде, положенном в еду.

— Ты отравила меня?

— И себя, – подтвердила она с гордостью и начала заваливаться на бок. Упала на пол, часто дыша. Видимо приняла более сильную дозу, потому что Санчесу было нехорошо, но он еще мог двигаться. Подошел к ней, держась за стол, наклонился:

— Откуда у тебя яд?

У него мелькнула мысль, что ядом ее снабдили люди Гивара, принесшие ей деньги после гибели сына.

— Это растение, – прошептала она и замолчала.

Выношенная ею месть созрела и вот-вот должна была принести плоды. Обливаясь потом колумбиец набрал номер на мобильном телефоне. Это была экстренная связь, но ответили только после трех гудков, отдавшихся в голове набатом.

— Меня отравили каким-то растением, – не задумываясь на испанском выпалил он. – Сильное сердцебиение. Дышать тяжело. Пот. Пока могу говорить и двигаться, а старуха, которая меня отравила, уже мертва.

— Ты ее убил? – уточнил незнакомый мужской голос.

— Она тоже отравилась. У меня яд был в еде…

— Быстро бери ампулу с синей полосой. Если не поможет, через две минуты коли ту, что с желтой. Выпей воды и вызови рвоту. Потом перезвони.

«Если смогу», – подумал Санчес и дрожащими руками достал из сумки коробку с ампулами.

Сердцебиение вдруг резко замедлилось, и у Марио потемнело в глазах. Он вколол в сгиб локтя содержимое шприц-тюбика с синей полосой. Вызвал рвоту и лег на пол. Он знал, что если яд в крови, нужно поменьше двигаться, иначе будет хуже.

— Две минуты, – прошептал он, взглянув на часы. Видел нечетко. Ему чудилось, что кто-то ходит рядом и его это пугало, словно он маленький мальчик и лежит в доме в Подмосковье, а не в Пуэнт-Нуаре.

Вдруг Санчес очнулся и взглянул на часы. Полчаса вместо двух минут. На груди собралась лужица пота, струйками она скользнула по бокам, когда колумбиец начал подниматься. Слабость в ногах и во всем теле, но он все же жив.

С сожалением колумбиец взглянул на неподвижное тело Джиневры и снова набрал тот же номер:

— Жив, – сообщил он. – Хватило с синей полосой… А что это было?

— Предположительно акокантера. Ее используют в медицине как кардиостимулятор при аритмии. В больших дозах – яд. Дает остановку сердца. Его в племенах использовали, наконечники стрел смазывали. Тебе стоит отдохнуть несколько дней, поберечь себя.

— Ты хорошо говоришь по-испански, – пробормотал Санчес и нажал кнопку «отбой» на телефоне.

Ему хотелось пить, но в этом доме он больше не рискнул бы ни есть, ни пить. Марио знал, что парень, с которым он только что разговаривал, сообщит руководству о происшедшем. Санчеса больше волновало другое.

Он позвонил Жозефу и попросил приехать. Нсабимана не заставил себя ждать. Санчес встретил его во дворе и сел к нему в машину.