Книга Все, что мы не завершили, страница 68 – Ребекка Яррос

Достаточно ли у Великобритании истребителей? Да. Но им не хватает пилотов, налетавших хотя бы двенадцать часов перед тем, как вступать в первый бой.

Немецкие авиаторы более опытные: у них больше часов налета, среди них больше асов, и в целом у немцев больше подтвержденных уничтоженных целей. Слава богу, что у нацистских машин слабоватая дальность полета, иначе британские ВВС проиграли бы Битву за Британию еще месяц назад.

Но Британия держится.

Сегодняшний день был самым тяжелым. Джеймсон почти не отдыхал между вылетами на боевые задания, да еще и с чужих аэродромов. Лондон подвергся массированному удару. Да что там Лондон — весь остров. Так продолжалось всю последнюю неделю, но сегодня небо заволокло дымом. Чертово небо буквально кишело вражескими самолетами. Атака немцев казалась бесконечной. Волна за волной. Бомбардировщики и сопровождавшие их истребители.

В крови бурлил адреналин. Джеймсон преследовал вражеский истребитель где-то к юго-востоку от Лондона, буквально висел у него на хвосте. Чем ближе подходишь, тем легче поразить цель. Но и больше риска рухнуть на землю вместе со сбитым врагом. «Мессершмитт» резко набрал высоту и почти вертикально вошел в плотный слой облаков. Джеймсон рванул следом. В животе все оборвалось.

У него было несколько секунд, не больше.

Двигатель уже кашлял и терял обороты.

Если истребитель опрокинется, все закончится прямо сейчас. В отличие от «мессершмитта», у него нет впрыска топлива. Карбюратор верного «спитфайра» его и погубит.

— Стантон! — крикнул Говард по рации.

— Ну давай же, давай, — прорычал Джеймсон, поднося руку к гашетке.

Как только вражеский истребитель появился в перекрестье прицела, Джеймсон открыл огонь.

— Есть! Я его достал! — крикнул он, когда из подбитого «мессершмитта» повалил дым, а его собственный двигатель захрипел, давая последнее предупреждение.

Джеймсон резко ушел влево, чуть не столкнувшись с падающим вражеским самолетом. Задыхаясь, он выровнялся и пошел на снижение сквозь облака, давая возможность слегка успокоиться и мотору, и своему бешено колотящемуся сердцу. Еще секунда, и он угробил бы двигатель и присоединился бы к сбитому «мессершмитту», превратившись в воронку в английской земле.

Две подтвержденные уничтоженные цели. Еще три, и он будет асом.

Слева пристроился дружественный «спитфайр». Под стеклянным куполом кабины Джеймсон разглядел Говарда, качающего головой.

— Я расскажу Скарлетт, что ты творишь, — предупредил друг по рации.

— Не вздумай, — рявкнул Джеймсон, взглянув на фотографию, закрепленную под рамкой высотомера. Снимок смеющейся Скарлетт, который был сделан сразу после вступления сестер в Женский вспомогательный корпус.

Фотографию дала ему Констанс, потому что Скарлетт категорически отказалась и заявила, что он и так знает, как она выглядит, и ему вовсе не обязательно таскать с собой на боевые задания ее физиономию. Конечно, Джеймсон знал, как она выглядит. Именно поэтому ему хотелось смотреть на нее постоянно.

— Тогда поосторожнее, — предупредил Говард.

Джеймсон насмешливо хмыкнул, зная, что разговор не окончен и они еще это обсудят за кружкой пива. У Скарлетт и так достаточно поводов для беспокойства, и о летных привычках Джеймсона ей лучше не знать. Главное, он возвращается к ней, а что он делает в небе — вопрос десятый.