Книга Идеальная жена, страница 23 – Линси Сэндс

Авелин смотрела на него с изумлением. Одним небрежным движением плеча он отмёл то, что минутой раньше ей казалось концом света.

— Такое случается? – неуверенно переспросила она.

— Да. У меня вечно рвутся швы туники. Диаманда взяла за правило шить мне тунику на каждый день рождения или Рождество с тех пор, как прибыла к нам для обучения. Но она шьёт их слишком узкими в плечах. Пока я не делаю резких движений, все сидит как надо. Но стоит мне выхватить меч и напрячь мышцы, как чёртова тряпка тут же рвётся. – Он снова пожал плечами. – Стоит ли переживать!

Его взгляд скользнул по её фигуре, облаченной в красное платье, и Авелин прикусила губу. Вдруг увиденное ему не понравится – теперь, когда она не перетянута? Она едва сдержалась, чтобы не съёжиться, когда он вдруг возвестил:

— Вы теперь выглядите гораздо лучше! И щёки не такие бледные и впалые – нету этого рыбьего вида!

— Рыбьего вида? – с ужасом переспросила Авелин.

— Ну да. – Он сжал губы и втянул щёки, чтобы показать ей, как она выглядела чуть раньше, и Авелин снова густо покраснела. Она и не догадывалась, какое дурацкое было зрелище. А она-то воображала, что кажется привлекательнее! Но затем Авелин с некоторым беспокойством заметила, что он начинает хмуриться. Все-таки что-то ему в ней не понравилось. Она приготовилась услышать выговор, но он шагнул к ней и протянул руку к её причёске, распуская узел, который Рунильда только что начала укладывать на её макушке.

— У вас чудесные волосы. Мне больше нравится, когда они распущены. Носите их вот так, для меня, – объявил он, подкрепляя свои слова кивком, а затем взял её за кончики пальцев и повёл к двери. Авелин поспешила за ним, оглянувшись через плечо на родителей, леди Джервилль и Гуннору с Рунильдой, одарив их сияющей улыбкой.

— Ему нравятся мои волосы. Я должна их распускать для него. Запомни, Рунильда! – крикнула она из коридора, пускаясь бегом, чтобы не отставать от супруга с его широкими шагами. К её радости, на площадке лестницы Паэн остановился. Он обернулся, будто желая что-то сказать, затем вдруг нахмурился, заметив, как раскраснелось её лицо и как тяжело она дышит.

Авелин заставила себя поспешно закрыть рот, которым жадно хватала воздух, и дышать через нос. Обычно столь короткая пробежка не сбивала её дыхания, но, должно быть, она ещё не вполне оправилась от эффекта тугой повязки.

— Простите меня, жена. Я забыл, что вы такая маленькая. Мне нужно привыкнуть соизмерять свои шаги с вашими.

— Маленькая? – Авелин чуть не расплакалась. Никто и никогда не называл её маленькой.

— Ну да. Ладно, пусть не такая тощая, как большинство женщин, и слава богу. А то уж я боялся, что вы заболеете или что я вас раздавлю. К счастью, у вас приятные округлости и есть мясо на костях, так что я не потеряю вас среди простыней. Однако вы значительно меньше меня, и мне придётся учиться шагать медленнее, сопровождая вас.

Говоря всё это, Паэн деловито завладел её рукой и продел её себе под локоть, поэтому она могла не волноваться, что он заметит, какую гамму чувств отразило её лицо. Авелин и не знала, как ей относиться к его заявлению. «Округлости» и с «мясом на костях» – это было не очень похоже на комплимент. Но, по крайней мере, она, кажется, не вызвала у него отвращения. Прежде чем она успела решить, доволен ли он по-настоящему или просто сглаживает неловкость, он крепко прижал её руку к своему боку и начал спускаться по ступенькам лестницы.