Книга Идеальная жена, страница 68 – Линси Сэндс

— Авелин! – В шатёр вбежала Диаманда и вдруг остановилась как вкопанная при виде её шитья.

— Да? – откликнулась Авелин, однако Диаманда продолжала в изумлении таращиться на тунику.

— Ничего себе, вы её почти дошили, – сказала она удивлённо и приблизилась, чтобы рассмотреть получше. – Как красиво! У вас такие ровные стежки! А у меня они вечно выходят кривыми, – кисло призналась она и вдруг нахмурилась. – Послушайте, но здесь же слишком темно, чтобы делать такую тонкую работу!

Авелин подняла голову, с удивлением отметив, что солнце, пока она шила, неуклонно приближалось к закату.

— Боже мой, вы же так погубите себе зрение, – упрекнула её Диаманда, бросаясь к сундуку, чтобы взять оттуда свечу и поставить её возле горы из шкур. Авелин ужасно удивилась тому, что свеча, оказывается, уже горела. Должно быть, Рунильда опять приходила и зажгла свечу, а она и не заметила! Как ей повезло, что у неё такая служанка! Рунильда не просто выполняла свои обязанности, но умела позаботиться и о таких вот мелочах, поэтому всегда оказывалась просто незаменимой.

— Вот. Так-то лучше, – с довольной улыбкой объявила Диаманда и встала. – Так мы хотя бы не будем бояться, что вы у нас ослепнете. – Перед тем как уйти, она ласково погладила Авелин по плечу.

Авелин посмотрела ей вслед. Девочка так беспокоилась за её зрение, что она забыла спросить, зачем та вообще приходила к ней в шатёр. Покачав головой, Авелин снова занялась шитьём, но мысль не давала ей покоя: зачем всё-таки приходила Диаманда?

Через несколько минут в проёме шатра возникло усталое лицо Паэна. Он пробормотал что-то насчёт глупых девиц с куриными мозгами, а Авелин тем временем проворно спрятала за спину тунику и вопросительно взглянула на мужа.

— Диаманда должна была сказать вам, что я могу сводить вас на реку, если хотите, – сказал он и нахмурился, заметив свечу на земле в опасной близости от постели. – Вы так снова устроите пожар из-за этой свечи, жена!

— Я… – Авелин хотела было оправдаться, что свечу поставила не она, а Диаманда, но передумала. Она никогда не была ябедой. Кроме того, она же сама согласилась с девушкой.

— Потушите свечу, возьмите, что вам нужно, и идемте, – приказал Паэн, очевидно не желая устраивать скандал, и исчез. Авелин, вздохнув с облегчением, задула свечу, встала, взяла из сундука широкий отрез льняной ткани и торопливо вышла вслед за Паэном.

— Я вас не слышу. – Паэн начал было оборачиваться к ней, когда она была в воде.

Авелин немедленно откликнулась:

— Я не знаю, что сказать!

Паэн, передумав оборачиваться, несколько успокоился. Сегодня он повёл её на реку впервые с того дня, когда она чуть не утонула. На берегу он сначала заявил, что отворачиваться не станет – во избежание повторения давешнего инцидента. Но её плечи горестно поникли, и она заявила, что вообще не хочет купаться, и Паэн смягчился. Похоже, его жена пока не преодолела своё смущение. Но не мог же он допустить, чтобы она из-за своей стыдливости отказалась от возможности выкупаться после долгого дня в седле! И он согласился повернуться спиной при условии, что она будет непрерывно разговаривать, чтобы он знал, что с ней всё в порядке. Сначала Авелин просто рассказывала, что делает.

— Я ещё не вошла в реку; я пока раздеваюсь, – объявила она в тот момент, как он повернулся к ней спиной. – Мне сказать, когда полезу в воду, или…