Книга Нахал под ёлкой, страница 27 – Татьяна Тэя

— Там буран, как бы… – указываю пальцем в окно. – Какой фейерверк?

— И кого это останавливало? Народ хочет веселья, народ его получит.

— А ты?

— А мне и здесь хорошо, – заявляет, а потом добавляет шёпотом, от которого у меня приятная дрожь по всему телу: – с тобой.

Пихаю сотовый в карман халата и, прикусив губу, киваю на дверь ванной.

— Иди первый, я пока с платья пыль стряхну. Может, захочу спуститься вниз.

— Ну вот… а я думал, мы с тобой встретим Новый год в постели.

— Может быть… я ещё подумаю, – пожимаю плечами, решая, что, в общем-то, это и не плохая идея.

Пока Илья льёт воду в душе, вынимаю чёрное платье, расшитое паетками. Оно короткое и игривое, с опушкой по вороту. Немного пошло выглядит, но для празднования Нового года самое то.

Телефон в кармане оживает, кидаю платье на кровать и достаю трубку, нечаянно отвечая на звонок.

— Чёрт! – шепчу, видя имя абонента.

Грёбанный изменщик-Женя. Можно было бы сбросить звонок, но подношу трубку к уху.

— С Новым годом, счастья, любви, отсутствия венерических заболеваний и прощай, – выпаливаю вместо приветствия и хочу уже скинуть звонок, но следующие слова Жени меня останавливают.

— Что за мужик на твой телефон отвечает? Смотрю не скучаешь, Марин-ноч-чка! Теперь я хрен от тебя съеду, д-девочка моя…

Женя вдрызг пьяный, запинается и ему точно не весело. На заднем фоне музыка и чей-то визг. Женя явно в компании.

— Какой мужик? Ты о чём вообще?

— Что там? Нашла кого-то? Ну и как он? Лучше?

Он, что, телепат? У меня скрытая камера в чемодане? Жучок в сотовом?

— Прости, что значит «мужик на твой телефон отвечает»? – переспрашиваю, вспоминая его первые слова.

И как только задаю этот вопрос, понимаю, что, кажется, уже знаю ответ.

— Ну так… я звонил… пару дней назад… он снял трубку… мы поговорили… он сказал, чтоб больше не звонил. Ну не сволочь ли, а? – икает снова. – А я буду звонить… буду… потому что ты моя невеста!

Женя продолжает нести пьяный бред, но я даю отбой, перед этим бросив короткое:

— Протрезвей.

Опускаюсь на кровать в шоке. Прижимаю руки к груди. А внутри так больно, что просто караул кричи.

Кажется, что меня обманули. Очень жёстко, очень изворотливо и очень цинично. И дело даже не в том, что Илья взял и ответил на чужой телефон, а в том, что воспользовался ситуацией, прекрасно понимая, в каком я состоянии.

Могу лишь представить, что ему наговорил Женя, но Илья не дурак, сделал правильные выводы и понял, почему я одна рванула в Новый год на какой-то курорт, хоть и пятизвёздочный. Ну а дальше… Дальше просто дело техники.

Очень умелой техники, надо признать.

Когда Илья выходит из ванной, я стою около ёлки, смотрю на мигающие огоньки и собственное отражение в зеркальном шаре, припудренном искусственной снежной крошкой.

— Значит, всё-таки идём ко всем праздновать? – весело интересуется.

А мне вот совсем невесело.

Я надела платье и даже слегка подкрасила ресницы и губы, чтобы уж совсем не выглядеть бледной тенью. Которой себя сейчас ощущаю.

Сердце почему-то начинает колотиться сильно-сильно, хотя я прошла уже все стадии: и торг, и отрицание в том числе.

— Сейчас оденусь, – добавляет Илья.

— Не надо, – перебиваю. – Я одна пойду.

— Одна? Я такую красотку одну не отпущу. Даже не рассчитывай. Да и зачем тебе одной идти куда-то?