Книга Бывшие. (не)нужная наследница для миллиардера, страница 74 – Ксения Маршал

Лера, внимательно слушающая нас, с силой хватается за мою руку. Нервничает, девочка моя. И я ее понимаю. У самого сердце не на месте, хоть и трудно представить, что мать может как-то серьезно навредить Вике.

— Да, – даю отмашку, и Онегин, командуя своими ребятами, ведет их к дому.

Ломают замок тихо и быстро, так же просачиваются внутрь. Пара бойцов страхует нас с Лерой. Веду жену, стараясь быть для нее твердой скалой. Опорой, на которую она всегда может рассчитывать.

— На пол! Лежать! – раздаются команды из дома.

Охрана чуть тормозит нас, чтобы не пускать в самое пекло.

— Вы кто такие? – надменный и холодный голос матери. – Вы хоть знаете, к кому пожаловали? Мой муж от вас мокрого места не оставит, болваны! Шантрапа сельская… – расходится мать, явно не чувствуя для себя угрозы.

Хотя, уверен, ее охрана уже лежит мордами в пол. Не потому, что отец нанимает для нее дилетантов, а потому что на моей стороне численный перевес. В отличие от Эммы Викторовны я никогда не недооцениваю противника.

— Глеб Максимович в курсе, – спокойно сообщает глава моей СБ. – Мы за ребенком.

Мы с Лерой появляемся в комнате ровно в тот момент, когда до матери доходит. Ее натянутое со всех сторон лицо меняется, искажается злобой и презрением.

— Ну, здравствуй, мама. Или лучше, как всегда, Эмма Викторовна? – руки сами собой сжимаются в кулаки.

Ярость захлестывает, и только присутствие рядом Леры помогает хоть как-то сдерживаться. А хочется раскрошить тут все. Чтобы осколки и брызги летели в холеное лицо матери. Женщины, родившей меня и возомнившей, что имеет право лишить меня самого дорогого. Хочется сделать так, чтобы страх и безысходность точно так же перемалывали Эмму Викторовну, как и нас совсем недавно. Внутренний стержень не позволяет.

— Ты зря приехал сюда, сын, – недовольно высказывает мне мать. Леру и остальных словно не замечает.

— Это ты зря сунулась в мою жизнь, – качаю я головой. В этот момент из соседней комнаты выходит молодая девушка с Викой на руках. Дочка, целая, невредимая и даже довольная жизнью, завидев нас начинает громко радоваться и проситься на ручки. Забираю ее, чуть грубовато выхватывая у няни. Лере не даю – ее колотит. Жене бы самой на ногах удержаться и не упасть. Прижимаю свою девочку к себе, второй рукой держу дочь. Валерия рыдает и целует Викины ножки, ручки, утыкается в ее мягкий животик носом. – Вызывайте полицию, – отдаю уверенный приказ. А голос предательски хрипит.

— Нет, Глеб! Я же для тебя это делала! Не нужна тебе эта девка и ее бракованный ребенок, мы тебе лучше родим, у меня есть кандидатуры на примете… – визжит мать. Но ее уже никто не слушает.

Глеб

— Папа, смотли! – Викуся бежит ко мне и протягивает ладошку, на которой лежит обломок обычной ракушки. – Я сокловище нашла! И вот еще, – показывает отполированное морем бутылочное стеклышко.

— Ух ты! Круто! – демонстрирую восторг. – Давай еще поищем на берегу?

— Да! Да! Давай! – дочка подпрыгивает в нетерпении.

Увожу ее подальше от шатра, в котором спит Лера. Новорожденные близнецы совсем недавно уснули, и моей девочке требуется отдых. Из-за того, что жена принципиально отказалась от смеси и кормит сыновей грудью, она жутко не высыпается и устает. А я даже помочь особо ничем не могу – молоко-то есть только у мамы.