Книга Тушью по акварели, страница 39 – Татьяна Лайт

Ярослава молчала. Она потупила взгляд и о чем-то думала.

— Главное, чтобы мы сами не поверили в этот миф, очень больно, знаете ли, из сказки на грешную землю возвращаться, — прошептала девушка, вставая из-за стола.

— А зачем из нее возвращаться? — догнал быстро идущую соседку по номеру у лифтов.

— Потому что вернут! Людям не нравятся счастливые. Они для этого слишком несчастны, — так же тихо проговорила Яся, а у меня по спине пробежался мороз.

Как только попали в номер, тут же разошлись по комнатам. Закрыв за собой дверь, шумно выдохнул. Напряжение этого дня было настолько сильным, что буквально сжало все внутренние органы. Снял с себя одежду. Раскидав ее по полу. Мне хотелось быстрее освободить тело, может быть тогда и душе стало бы легче. Но чуда не произошло. Теплый душ и тревожный сон сильного облегчения тоже не принесли. Утро было опять молчаливым.

— Яся, — разрезал как ножом тишину комнаты, — завтрак стынет, ешь.

Девушка посмотрела только тоскливыми глазами.

— Я прошу тебя! — стал уговаривать.

— Не надо, Ярослав Иннокентьевич, — наклонилась и шепотом произнесла она, — я не могу, ком в горле, ничего не лезет.

— Хочешь, бульон закажу? Тебе надо поесть. Для таких потрясений нужны силы. Вообще, чтобы что-то пережить, нужны силы. Так что ешь, мы не знаем, что нас ждет в этих «гостях».

— Вот и я о том. Что еще меня ждет через столько лет? И переживу ли я?

— Переживешь! Я рядом. Если надо, я кого угодно пережую. Только ты верь мне и не прогоняй, — взял за руку девушку, в этот раз она ее не убирала.

Рука оказалась мертвецки холодной. Тонкие пальчики в моей руке ощущались безжизненными.

— Так, доедай все то, что лежит в тарелке. Одевайся, и поехали, — стукнул по столу, — Быстрее сходим, быстрее освободимся.

— Ах, да! — спохватилась девушка, — У вас, скорее всего, были планы на выходные.

— Не было у меня ничего. Но и бояться этого похода, считаю бессмысленно.

Ушел в свою комнату, чтобы привести себя в порядок. Причем не столько внешне, сколько внутренне. Через двадцать минут мы уже сидели в такси и ехали по указанному адресу.

— Ой, гостинцы! — проговорила растеряно Яся, — кто ходит в гости с пустыми руками?

— Денег дадим. Пожилые люди избирательны в еде. Им не угодишь, если точно не знаешь, что им хочется. А деньги на лекарства всегда нужны.

— Наверное, вы правы, — пожала плечами Яся.

— И давай договоримся? Здесь, в этом городке мы с тобой строго на «ты». Поняла? Кивни!

Яся кивнула.

— А дома уже разберемся, — чуть тише добавил я.

Дом и подъезд мы нашли быстро. Позвонили в домофон, но никто не открывал. Звонили долго. На лице Яси уже растерянность сменилась паникой и разочарованием.

— Господи, — раздался запыхавшийся голос за спиной, — Вот как знала! Сидела, сидела, ждала, ждала. Думаю, не буду выходить, вдруг придете. А потом решила, ладно, за пять минут не убегут, хлеба к столу куплю. И вот именно в это время приехали!

Перед глазами мелькнула старческая рука с магнитным ключом. Дверь запиликала. Придержал ее для дам. И после сам пошел за ними следом.

— Располагайтесь. Ванна там, ручки мойте, и на кухню ко мне приходите. Поухаживай, милок, за девушкой, — подмигнула мне старушка и скрылась в темноте коридора.

Мы положили ветровки на тумбочку у двери, туда же Ярослава положила свою маленькую дамскую сумочку. Помыли руки и прошли туда, где гремела посуда.