Книга Развод с миллиардером. Крепость из песка, страница 28 – Галина Колоскова

— Ты ошибаешься, Виктория. Гордыня — не лучший советчик!

— А измена — не лучший фундамент для новой жизни, — парирую я. — Как там твоя большая любовь? Готова Карина делить не только твои счета в банке, но и проблемы? Например, внезапные проверки налоговой? Или внимание журналистов к тёмным пятнам твоего прошлого?

Произношу это будто невзначай, как тестирование. Пока не готова раскрывать все карты, но даю понять, что я не безоружна.

Его лицо каменеет. Он ловит намёк мгновенно. Бизнесмены его уровня чуют опасность за версту.

— Что ты хочешь сказать? — голос предателя становится совсем тихим, шёпотом.

— Ничего конкретного. Пожелание удачи. Всем вашим начинаниям. Старым и новым.

Мы молча смотрим друг на друга. Между нами двадцать лет общей жизни, которые он легко перечеркнул. И теперь из-под пепла пожарища я поднимаюсь, в слезах в саже, но с оружием в руках. Он дал мне его когда-то высокомерием и уверенностью в собственной безнаказанности.

— Ты играешь в опасные игры, — наконец говорит он.

С усмешкой парирую:

— Меня втянули в них против воли. Но я быстро учусь.

Охранник за его спиной нервно переминается с ноги на ногу. Мирон резко разворачивается и, не сказав больше ни слова, уходит. Он не прошёл в кабинет, не забрал документы, а просто ушёл. Побеждённый? Нет. Но впервые за долгое время — неуверенный.

Возвращаюсь в комнату. Закрываю дверь, поворачиваюсь к ней спиной и медленно сползаю на пол. Тело трясётся от нервной дрожи. Я открыто объявила войну человеку, который ещё вчера казался мне всемогущим. Но под диваном лежит коробка. И в ней — не призраки прошлого, а ключи к будущему. К будущему, где мои дети будут со мной.

Я беру трубку стационарного телефона. Набираю номер адвоката Самохиной.

— Мария Львовна, я кое-что нашла. Нужна ваша помощь, чтобы разобраться, насколько это ценно.

— Привозите, дорогая, — слышу её спокойный голос. — Ничего не бойтесь. Помните, даже у высоких стен бывают трещины. И даже глубоко зарытые скелеты мечтают выбраться на свет.

Виктория

Я сижу в кресле перед массивным дубовым столом Марии Львовны и смотрю на папку, что лежит между нами. В ней — не бумаги, а осколки моей прошлой жизни. Документы, собранные в единую, убийственную мозаику. Доказательства, распечатки, расшифровки, заключение независимого аудитора.

Мария Львовна сверлит меня пронзительным, всё понимающим взглядом.

— Вы готовы, Виктория? Последний шанс всё изменить. Не для примирения. Для достойного выхода.

Я, медленно выдыхая, киваю. Во рту пересохло. Заледенели пальцы. Но внутри — стальной стержень, который с каждым днём становится только прочнее.

— Я готова.

Мы с Мироном договорились о встрече на нейтральной территории. Мария Львовна предложила переговорную комнату в её офисе. Это место силы, её территория, где всё подчинено её правилам.

Я приезжаю раньше. Сажусь с той стороны стола, что спиной к окну. Чтобы свет бил ему в лицо. Маленькая, но важная деталь, которую подсказала адвокат. Кладу перед собой тонкую, почти изящную папку. В ней — самое главное. Квинтэссенция того ада, что я пережила, роясь в его прошлом.

Мирон приходит ровно в назначенное время. Без опоздания. Его время — деньги. Входит уверенной, широкой походкой, с лёгкой усмешкой на губах. Он в костюме, от которого пахнет деньгами и властью. Бросает на меня удивлённый взгляд. Я ждала этого. Специально надела строгий, идеально сидящий на мне костюм темно-синего цвета. Волосы убраны в тугой пучок. Макияж минимален, но безупречен. Я не жертва. Я — переговорщик.