Книга (Не)правильная, страница 19 – Agata Adamidi

Как же сейчас хреново на душе…

Я открыла кран, набрала в ладони ледяной воды и умылась. Провела мокрыми пальцами по волосам, пригладила их. Натянула на лицо легкую, почти невесомую улыбку — ту, что скрывает все трещины. Надела ее как маску и вышла на кухню.

Девчонки сидели за столом, перед ними дымились кружки с чаем. Они посмотрели на меня выжидающе, но с тем же священным молчанием.

Я села на табурет, взяла свою кружку в руки, грея о нее ледяные пальцы, и выдохнула.

— Ну что, девочки, — сказала я, чувствуя, как эта фальшивая улыбка въедается в кожу, но другого выхода нет. — Кажется, у меня снова начинается новая жизнь.

Я сделала глоток обжигающего чая, обожгла губы и продолжила, глядя куда-то в стену:

— Дубль два. Для особо одаренных, как я, которые с первого раза ничего не понимают.

Беременность пролетела как один день. Как один длинный, выматывающий день, в котором смешались утренняя тошнота, глупая радость от первой шевелюшки и бесконечная, грызущая тоска по тому, кого я заставила себя вычеркнуть.

Я старалась не грустить. Загрузила себя работой. Потом, переключилась на обустройство комнаты. Я выбирала обои, кроватку, ползунки с таким фанатизмом, будто от этого зависела моя жизнь. Я смотрела вдохновляющие фильмы про матерей-одиночек — про тех, кто, несмотря ни на что, идет вперед, ломая стереотипы и поднимая детей с улыбкой. И вроде бы всё налаживалось. Живот рос, я привыкала к новой себе, к этому круглому, драгоценному счастью, которое носила под сердцем. Я почти поверила, что справлюсь. Что смогу забыть.

Но мир, кажется, решил проверить меня на прочность.

Вчера мы столкнулись с братом Юли, Вадиком. Обычный вечерний поход в магазин за мороженым обернулся встречей, от которой у меня свело живот — или это просто малыш лягнулся?

Вадик, высокий, загорелый, пахнущий дорогим табаком, сначала не узнал меня. А когда узнал — его взгляд упал на мой огромный живот, и брови поползли вверх.

— Арина? Ничего себе… — Он улыбнулся, обнял меня бережно, как хрупкую вазу. — Поздравляю! Я, честно говоря, в шоке. Кто счастливый отец? Или это секрет?

— Секрет, — улыбнулась я натянуто. — Главное, что всё хорошо.

Мы разговорились. Вадим сказал, что снова уезжает в длительную командировку, на этот раз чуть ли не на полгода, и решил устроить посиделки с шашлыком.

— Приходите в субботу, — сказал он, глядя на меня, потом на Юльку с Катей, которые подошли чуть позже. — Отдохнете, воздухом подышите. Арине полезно перед родами.

— А кто будет? — лениво спросила Катя, ковыряясь в телефоне.

— Как обычно, — кивнул Вадим. — Ну, я, вы, наша компания, ребята из офиса…

А потом Катя, не поднимая головы от экрана, бросила:

— А Марк будет?

Мы с Юлькой переглянулись. Я почувствовала, как кровь отливает от лица, и надеюсь, что в вечерних сумерках это не заметно. Вадим удивленно посмотрел на Катю.

— Марк? Будет, а что?

Катя, поняв, что ляпнула лишнее, быстро нашлась. Она отложила телефон и улыбнулась своей фирменной, обезоруживающей улыбкой:

— Да просто понравился он мне. — Она пожала плечами, глядя прямо на меня, и я прочла в ее глазах предостережение: не дергайся, я всё вывезу — Знаю, что женат, знаю, что нельзя. Но хоть посмотрю на красивого парня, раз трогать нельзя. Позалипаю издалека. Это же не запрещено?