Книга В годовщину развода. (не)бывшие, страница 24 – Слава Зорина

Я посмотрела на этого мужчину, который все еще был моим мужем. А ведь мы так и не подписали документы. Предварительно разделили имущество, адвокат пару позвонил, пригласил на встречу, но я была в мыле и вечных делах, а Вадим не настаивал. Мне очень захотелось ему поверить, возможно, впервые за все эти месяцы.

— Спасибо, — сказала я тихо. — За то, что установил камеры. Если бы не ты, вряд ли удалось бы так однозначно доказать ее влияние на Софу и проникновение в квартиру. Да и вообще, неизвестно, чем бы все закончилось.

Он кивнул, отвел взгляд.

— Я должен был защитить вас. Вы моя семья, моя ответственность.

— Мы больше не семья, Вадим.

— Для меня все еще семья, и всегда будем.

Повисла тишина. За окном шел дождь, капли барабанили по стеклу. Я закрыла глаза, положила руку на живот. Малыш. Мой ребенок, который чудом выжил.

— Я все еще злюсь на тебя, — призналась, не открывая глаз. — Очень сильно. И не знаю, пройдет ли эта злость когда-нибудь.

— Понимаю.

— Но ты спас нас. Соню, меня, нашего малыша. И за это я тебе благодарна.

Он сжал мою руку. Я не отдернула.

— Я буду рядом, сколько потребуется, — сказал он. — Если нужна помощь с Соней, с больницей, с чем угодно — я здесь. Всегда.

Я посмотрела на наши переплетенные пальцы. Когда-то мы держались за руки вот так каждый день. Гуляли, смеялись, строили планы на будущее. А потом все рухнуло, и я думала, что никогда больше не смогу его коснуться без отвращения.

Но сейчас отвращения не было. Только опустошенность и странная благодарность.

— Вадим, я не могу обещать, что мы когда-нибудь вернемся друг к другу, — произнесла я медленно. — Слишком много боли. Слишком много разрушено. Но, может быть… возможно мы сможем научиться быть нормальными родителями для наших детей. Не врагами. Не чужими. Просто родителями.

— Мне этого достаточно.

В палату вошла врач. Вадим отпустил мою руку, встал рядом с кроватью. Врач улыбнулась мне.

— Ну что, Ясмина, у меня хорошие новости. Анализы показывают улучшение. Думаю, через пару дней мы сможем вас выписать, но с условием полного покоя, никаких нагрузок, никакого стресса.

Облегчение накатило волной. Я выдохнула, зажмурилась.

— Спасибо. Спасибо вам огромное.

— Не мне, а вашему организму. И ребеночек тоже молодец, с тягой к жизни.

Доктор выписывала меня с таким видом, будто отправляла на минное поле.

— Полный покой, — повторила она в третий раз, глядя на меня поверх очков. — Никаких лестниц, нагрузок, стресса. Лежать, есть и спать. В идеале круглосуточный присмотр. Если почувствуете хоть малейший дискомфорт, сразу звоните мне или в скорую.

Я кивала, подписывала бумаги, собирала вещи в пакет. Вадим стоял рядом, держа мою куртку. Он молчал, но я видела, как сжимаются его челюсти, явно собирался что-то сказать.

Мы вышли из больницы и сели в его машину. Он завел двигатель, но не тронулся с места.

— Яся, мне нужно тебе кое-что предложить.

— Если это про деньги, то не надо. Я справлюсь.

— Не про деньги, — он повернулся ко мне. — Переезжай ко мне, к нам… обратно.

— Ты с ума сошел?

— Послушай меня. В доме полно места, Людмила Сергеевна поживет в гостевой комнате, мои родители рядом, они тоже помогут. Можем нанять медсестру, если нужно. У тебя будет все, что требуется для нормального вынашивания ребенка.