Книга Диагноз: предательство, страница 13 – Слава Зорина

— Нет, — ответила я честно. — Совсем не в порядке.

— Хотите рассказать?

Странное дело… Я не знаю этого человека, вижу вообще первый раз в жизни, но почему-то действительно хочется говорить.

— Пять лет, — начала я. — Мы вместе пять лет, пытаемся завести ребёнка и у нас не получается. Три попытки ЭКО — три неудачи. Врачи говорят что со мной всё в порядке, но беременность не наступает. Муж считает что я виновата. Называет бракованной. А теперь, видимо, нашёл замену. С моей лучшей подругой и в моей квартире.

Слова вылетали сами, как прорвало плотину. Я говорила про усталость, про чувство вины, про то как перестала чувствовать себя человеком. Никита слушал молча. Не перебивал, не советовал, не утешал банальностями. Просто слушал.

Когда последний раз кто-то просто слушал меня?

— Знаете что, — сказал он, когда я замолчала. — Эти труханы заслуживают видного места, чтоб не отмазался, а вы обьяснений.

Я посмотрела на него. Потом на кружку с кофе. Потом снова на него.

— Знаете что? — Я встала. — Пожалуй, так и сделаю. Повешу на ёлку, как главное украшение!

Никита проводил меня до машины. Тор остался под наблюдением в клинике, на капельнице и в попоне. Я получила распечатку с инструкциями, номер телефона клиники и обещание, что утром его привезут домой.

— Спасибо, — пробормотала, садясь за руль. — Правда. Возможно, сегодня вы спасли не только собаку.

— Рад был помочь, — он протянул мне визитку. — Если что звоните, мало ли.

Домой ехала медленно, хоть снег и перестал идти, а дороги расчистили. В голове кружились мысли, тридцать первое декабря, последний день года… Через сутки — новая жизнь, новые надежды, всё такое.

Я припарковалась у дома, поднялась на третий этаж. Открыла дверь квартиры, замерла… Тишина. Свет не горит, но обувь Владлена и висящее на вешалке пальто давали понять, что он дома.

Прошла в спальню. Он спал, раскинувшись на всю кровать — руки в стороны, одна нога свесилась. Спал мирно так, будто ничего не произошло. Будто его жена не таскала умирающую собаку к ветеринару, пока он катал шары… в боулинге ли?

Я остановилась у кровати, посмотрела на него. Впервые принюхалась. Пахло духами. Надо же, теми самыми, которые носит Света — «что-то французское, очень дорогое, Серёга мне на годовщину подарил». Почему, блин, я раньше не замечала⁈

Духи въелись в наволочку, в одеяло. В воздух спальни.

Я могла бы его разбудить… Встряхнуть за плечо, устроить скандал. Кричать, требовать объяснений, швырять вещи…

Но зачем?

Он будет врать, наверняки скажет что из серии «это не то, что ты думаешь». Что Света просто заходила, а он ей помогал с чем-то. Потом давить на жалость — сердце заболело, голова раскололась, вообще плохо себя чувствует. А я виновата, потому что не заботилась, работала слишком много.

Нет. Я сделаю иначе.

Я тихо вышла из спальни, закрыв дверь. Прошла на кухню. Достала из морозилки пакет со льдом, приложила к зип-локу с стрингами. Переложила в новый пакет, покрепче. Санитарные нормы соблюдать надо, даже с уликами измены.

Зашла в гостиную. Мой благоверный, придя домой не удосужился убрать минимально: в квартире царил хаос: перья, упавшая ёлка, остатки разгромленных продуктов. Я посмотрела на это безобразие. И включила режим робота.

Подняла ёлку, поставила в подставку. Расправила ветки. Собрала игрушки с пола, развешала обратно. Шишки, не разбившиеся советские шары, картонного Деда Мороза, космонавта.