Книга Измена. Я умею быть сильной, страница 94 – Марта Заозерная

— Ты же Виктория, с кем как не с тобой мне участвовать? – вздергивает бровь.

— Ладно, потом не говори, что я не предупреждала. Меня можно в тир с собой брать, на стрельбу по тарелочкам, ну или на худой конец – биатлон. А вот это всё, – стреляю глазами в белоснежную красавицу яхту, – не мое.

— Плавать умеешь? – уточняет он, жестом предлагая подняться на борт.

— В случае чего до берега доплыву.

— Уже радует. Меня-то на помощь ты звать точно не станешь.

Пропускаю мимо ушей его укор.

Проведя мне небольшую экскурсию, Владимир начинает заниматься делом. А я любуюсь видами и поглядываю на него, стараясь уж не слишком палиться.

Смена обстановки помогает отвлечься от грустных мыслей? Ну что же, Арсеньеву действительно удается вытянуть меня из зоны комфорта.

Спустя десяток минут он начинает давать мне задания, смысл которых доходит не сразу.

— Давай попроще, а? – прошу его, ощущая себя туповатой.

Владимир усмехается.

— Видишь вон ту веревку? – указывает направление. – Тащи её сюда.

— Так бы сразу, – бурчу, отправляясь выполнять его поручение.

Спустя время звучит сигнал к старту.

Тяжело вздохнув, понимаю, что на берег сойти уже не удастся.

— Не думал, что ты такая трусиха, – произносит он, наклонившись к моему уху.

— Просто не люблю соревнования. И вообще я не командный игрок.

Наверное, Арсеньев воспринимает мои слова как вызов, потому что из кожи вон лезет доказать обратное. И, надо сказать, это ему удается.

Нужно быть совсем каменной, чтобы не проникнуться всеобщей атмосферой азарта, хорошего настроения, легкости. За короткое время я успеваю прочувствовать всю палитру человеческих эмоций.

По мере того как соревнование накаляется, борьба вырисовывается не только на физическом уровне, но и в плане стратегического мышления. Владимир, не отвлекаясь от процесса, рассказывает мне, как важно учитывать внешние факторы, уметь считывать ветер и ориентироваться в силе подводного течения.

— Ты же постоянно работаешь, когда успеваешь этим всем заниматься? Нужна ведь практика, – перевожу взгляд с морской глади на Арсеньева.

— Ты права, времени действительно не хватает. Но то, что имеется, я обычно отдаю спорту, а не шумным посиделкам с друзьями.

Только сейчас понимаю, что он весь сегодняшний день проводит без телефона. Даже мне Ромка трижды звонил, консультировался.

— Специально сегодня телефон отключил?

Он оборачивается. Смотрит на меня, не скрывая прекрасного настроения.

— Пришлось чем-то жертвовать. Но ничего, они справятся. Скоро все равно придется надолго улететь, – задерживает взгляд, отвлекаясь от происходящего вокруг.

Ловлю себя на мысли, что мне нравятся наши гляделки.

Ветер неожиданно усиливается, и ему приходится сконцентрироваться на управлении.

В самый последний момент, уже перед самым финишем, нас обходит Станислав, совсем чуть-чуть, на полкорпуса яхты.

Мужчина оборачивается и посылает мне воздушный поцелуй, весело подмигивает и кричит что-то задорное. Из-за порыва ветра разобрать не могу.

Зато слышу, что Арсеньев ему обещает.

— Только попробуй, и руки тебе оторву.

Не веря, округляю глаза.

— Владимир Олегович, а как же план «произвести на меня должное впечатление»?

— А разве ещё не произвел? – расплывется в широкой улыбке.

Я неопределенно пожимаю плечами.