Онлайн книга «Долго тебя ждала»
|
В глазах песок. Цифры на экране нечеткие и размытые, словно я смотрю на них через мокрое стекло. Моя голова взрывается. Под конец дня в ней плавятся мозги и вся входящая информация, поэтому реагирую на голос Маруси с задержкой. — Мам, я есть хочу… — булькает она. — Восемь, девять… — Ну, мамочка… — Сейчас… — Ма-ам, мы еще долго? Я устала. Мам? — Да… “Раз, два, три…”, — внутренне чертыхнувшись, начинаю считать сначала. В конце года навалилось будто все и сразу, единственное, что спасает — через неделю я закончу семестр и уйду на каникулы. — Мама… Ты сказала насчет моих трусов? — Вот черт… — бормочу, вскинув голову. Откинувшись на спинку кресла, перевожу слезящиеся глаза на дочь. Маруся сидит на пластиковой табуретке в детском уголке дедовой стоматологии и рисует на доске какую-то абракадабру. Вся перепачканная… Перед моей стойкой возникает клиент с атрофированной после уколов челюстью, мычанием и жестами мужчина извещает о том, что хочет расплатиться. Заглянув в монитор компьютера, вижу выставленный отцом счет и ввожу сумму на платежном терминале. Дождавшись, пока звякнет дверной колокольчик и хлопнет дверь, достаю из кармана халата телефон и быстро набираю воспитательницу, про которую напрочь забыла. — Добрый вечер… — прикрыв ладонью рот, смотрю на Марусю, напрягая мозги, чтобы вспомнить, как зовут ее воспитательницу. — Ольга Павловна… — Петровна, — поправляет без претензии. Навострив уши, Маруся выпрямляется и растягивает губы в озорной улыбке, от которой на щеках появляются милые ямочки. Приложив палец к губам, велю ей молчать. — Это мама Марии Власовой, извините, что поздно… — Что-то срочное? — В пятницу на мальчика из Марусиной группы надели ее запасные трусы… Дверной колокольчик снова звенит, но я точно знаю, что никаких записей на сегодня больше нет, поэтому разворачиваюсь на кресле с вежливой дежурной улыбкой, чтобы прогнать пришельца. На секунду меня парализует, пока слушаю в трубке назидательное: — Да, форс-мажор, вы же не будете по этому поводу… расстраиваться? Теряю нить разговора, в то время, как дверной проем заслоняет собой… Зотов. На его голове дурацкая красная шапка с помпоном, которая ярким пятном выделяется на фоне черной парки и черных спортивных штанов, в которые одет. — Форс-мажор… — повторяю, скрипнув креслом. Как?! Как он здесь оказался? С момента нашей последней встречи прошло чуть больше суток, и за это время, касаясь мыслей о нем, я одергивала руки, как от горячего утюга. Вычеркивать Марка Зотова из своей жизни я научилась давно, но мой пульс предательски подпрыгивает, когда вижу его широкоплечую фигуру, которая продвигается внутрь помещения, скрипя линолеумом под кроссовками. За ним с улицы тянется морозная свежесть, на шапке все еще поблескивают редкие снежинки, сообщающие о том, что снаружи идет снег. Я понятия не имею, что творится за входной дверью, мы с Марусей торчим в стоматологическом кабинете отца больше трех часов. С того момента, как после учебы забрала дочь из детского сада. Марк осматривается и останавливает взгляд на мне, повернув свое гладковыбритое лицо. Отдохнувший и… красивый, чтоб он провалился! — Да, это же детки, — влетает в мое ухо. — Всякое бывает. Собравшись с мыслями, быстро говорю в трубку: — Если мальчик писается в таком возрасте, ему не мешает иметь свои запасные трусы. Маруся расстроилась. Это ведь ее вещь. |