Книга Развод. Гори все огнем, страница 47 – Иден Хол

Смотрю на дверь, будто она стоит за ней.

— И это только вершина айсберга, – добивает друг, – тут нужна полиция. Мы с тобой бессильны. Без вариантов.

Перевожу на него изумленный взгляд.

— Ты прав, – соглашаюсь, но не с тем, что говорит он, – без вариантов.

Я должен узнать, что там за оставшийся айсберг.

Таня

Как же все сложно.

Закрыв дверь в палату, чтобы избавить себя от новых неожиданных визитов, я сижу и размышляю, что же делать дальше. Какие же мои проблемы раньше были смешные. Сейчас, когда у меня нет ни дома, ни денег, ни мужа, чтобы помочь, я словно в вакууме повисла.

От всего навалившегося просто голова кругом, но зато этот врач, Глеб Михайлович, подсказал, куда можно обратиться с результатами анализов. Сказал, что даст мне их и справку к выписке, и я смогу отнести это все. в полицию, приложить к заявлению.

Сейчас я очень сомневаюсь, что из этого что-то выйдет, уж больно сложным кажется доказать, что таблетки мне подсунули нарочно, но попытка не пытка.

А еще он сделал очень важную вещь, он вернул мне маленький лучик надежды на то, что Костя не смог добиться перманентного эффекта от тех средств, которыми он предотвращал мою беременность. От отчаяния я спросила врача, можно ли как-то по анализам выявить подобные препараты.

Он долго и серьезно смотрел на меня, а потом взял листок бумаги и написал мне список анализов, которые могут в этом помочь, затем подписал лабораторию, которая, возможно, это сделает в нашем городе. А также добавил пару фамилий знакомых врачей, компетентных в этой области.

Центр репродукции в Москве был бы идеальным вариантом для проверки Аниных слов, но учитывая обстоятельства моей жизни, добраться до него будет сложно.

Главное, что я немного пришла в себя и решила, что нужно действовать постепенно. Маленькими шагами решать по одной проблеме.

После обеда ко мне приходит травматолог и меняет лангету на ноге на гибкий ортез, и я вспоминаю, что такое ходить на двух конечностях. Все еще больно, тяжело, и нога быстро устает, но при необходимости я могу обойтись без костылей. Мне все равно их дали для использования в больнице, такие же можно купить в киоске на первом этаже, но у меня банально нет денег.

Так что уж лучше я буду медленно, но верно хромать без костылей.

Я решаю немного пройтись, чтобы проверить, насколько это сложно и отправляюсь в коридор к окну. Наваливаюсь на подоконник и морщусь от боли, кажется, я тороплюсь. Но в этот момент я поднимаю взгляд и понимаю, что вижу за окном.

На стоянке стоит машина Гены, в которой приехал Костя. Он все еще здесь? Не шутил, что будет сидеть здесь целый день и сторожить? Или Гену дежурить оставил? Жаль, не видно, кто в машине.

Но это плохо.

Теперь и в больнице я чувствую себя, как в ловушке.

А что он будет делать, если я выйду? Захочет поговорить? Вернуть силой? Засунет в машину и увезет? А если я нажалуюсь охраннику, он его остановит?

У меня появляется непреодолимое желание выписаться как можно быстрей. Глеб Михайлович сказал мне, что оставит до завтра, но так как отделение переполнено и серьезных поводов держать меня в палате не осталось, придется куда-то перемещаться. Поеду к Яне, она обещала приютить.

Есть два варианта, как до нее добраться: вызвать такси, на которое у меня нет денег, или доковылять до остановки и доехать на автобусе с пересадкой. На автобус, впрочем, тоже денег нет, но на нем можно прокатиться зайцем и молиться, что контролеры не войдут.