Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 202 – Виктория Богачева

В глубине сада, там, где дорожка делала плавный изгиб, стояла скамья. На ней сидела темноволосая женщина.

В этом силуэте было что-то до боли знакомое, настолько, что у Лианны перехватило дыхание, и она замерла.

— Мама… — позвала тихо, сама не понимая, откуда взялось это слово.

Женщина вздрогнула и обернулась, и мир вокруг них замер.

Лианна узнала её сразу. Не по чертам лица: они были мягче, спокойнее, чем в редких, выцветших образах памяти. Узнала по взгляду. По тому, как тёплая глубина глаз наполнилась болью и нежностью одновременно.

Лианна сделала шаг. Потом ещё один. А потом уже побежала, не чувствуя под собой земли. Женщина поднялась.

Они встретились посреди тенистой дорожки, и Лианна уткнулась лицом в знакомое плечо, вдохнула запах — тот самый, забытый и родной, — и, наконец, заплакала.

— Я здесь, — сказала мать, гладя её по волосам. — Я давно тебя жду.

И в этот момент Лианна поняла: что бы ни произошло дальше, она больше не одна.

Они сели на скамью, нагретую солнцем. Аврелия взяла Лианну за руки и долго молчала, всматриваясь в её лицо.

— Какая ты стала… — сказала она тихо. — Красивая. И совсем взрослая, — с гордостью улыбнулась. — Я знала, что ты вырастешь такой.

Лианна смущённо выдохнула и отвела взгляд. Она совсем от такого отвыкла.

— Значит… — произнесла она и замолчала, чтобы прочистить горло перед следующими словами, — значит, я умерла, да? Раз я вижу тебя.

Аврелия не ответила сразу. Только погладила её большим пальцем по тыльной стороне ладони.

И в этот момент память вернулась. Встала на место, как последняя недостающая деталь. Вальмор. Разлом. Искажённое болью лицо Эйнара. Его сердце под её ладонями. Скверна. И решение, принятое без малейших сомнений.

Лианна тихо, потрясённо выдохнула.

— Я исцелила его! — сказала так, будто сама не верила до конца. — Я вытянула всю скверну… и умерла.

Она запнулась и вдруг легко рассмеялась.

— Эйнар был прав. Он ведь меня предупреждал.

Лианна ещё пару мгновений улыбалась, а потом смех оборвался сам собой.

— Подожди… — она нахмурилась и посмотрела на мать. — А он?.. Эйнар. Что с ним теперь?

Её странное спокойствие дало трещину. Сердце — если здесь вообще существовало сердце — снова сжалось.

— Эйнар жив, — тихо сказала Аврелия. — Ты действительно исцелила его, моя девочка. А ещё всех драконов, кто был рядом. Я так тобой горжусь…

С губ Лианны сорвался выдох, полный облегчения. Она улыбнулась тёплой, мечтательной улыбкой, а потом спохватилась и встрепенулась, как воробушек. Придвинулась поближе к матери и заглянула ей в глаза.

— Прости, мама, я совсем не спросила о тебе… Как ты? Где мы? Почему здесь только ты?

— Ничего страшного, — Аврелия потянулась к лицу дочери и отвела за ухо длинный светлый локон.

Они сидели рядом, близко-близко, но она всё равно чувствовала потребность постоянно прикасаться к своей малышке.

Давно выросшей, впрочем.

— Это я должна извиняться перед тобой, доченька, — вздохнула она. — За то, на что тебя обрекла.

Лианна нахмурила лоб, и его разрезала тонкая морщинка.

— Ты ни в чём передо мной не виновата.

— Виновата, — твёрдым голосом отсекла Аврелия и, отпустив дочь, нервно переплела пальцы. — Виновата, ведь это я выбрала тебе отца.

— Кхалендир тебя заставил! — тотчас вспыхнула Лианна.