Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 6 – Виктория Богачева

В этом наряде я могла снова быть собой — артефактором, а не отвергнутой, брошенной у алтаря уродиной-невестой.

— Вот и молодец, — встретив меня на первом этаже по пути в столовую, дядя одобрительно кивнул и потрепал по плечу, словно собаку. — Пора прекратить свой траур, никто не умер.

Я скривилась от его «сочувствия». Одобрительный кивок и похлопывание по плечу — словно я дворовая собака, наконец-то переставшая выть по ночам.

Мы прошли в комнату. Стол был уже накрыт, блестели приборы, из корзинки тянуло тёплым хлебом. Но вся эта домашняя идиллия казалась искусственной. Тётя Фелиция смерила меня взглядом, в котором смешались усталость и явное неодобрение.

С удивлением я увидела Лионеля — вот уж кто нечасто присутствовал на семейных завтраках. Он выглядел так же безупречно, как всегда: выглаженный камзол, отстранённый взгляд, едва заметная снисходительная улыбка. Зелёные глаза смотрели внимательно, но холодно.

— Как ты, Лиа?

— В порядке. Благодарю.

Я заняла своё место, но кусок не лез в горло. Ложки звякали о фарфор, сёстры перемигивались, делая вид, что всё идёт как обычно, но воздух в комнате звенел напряжением и ожиданием скорой грозы.

— Дядя, — не выдержав молчания, я заговорила первой. — Я планирую вернуться к работе. Пока не в полную силу… чтобы не затрагивать магический резерв.

Не знаю, чего я ожидала, но точно не переглядываний дяди с тётей и Лионелем.

— Гхм, — он прочистил горло. — Я думаю, тебе стоит ещё отдохнуть, Лиа. Целители запретили тебе напрягаться.

— Я хотела бы вернуться, — пришлось настаивать.

Неужели дядя не понимал? Безделье и бесконечные мысли, которые я гоняла по кругу, воспоминания, которые приходили по ночам, терзали меня и высасывали гораздо больше сил, чем любая работа.

— Пока не время, Лиа… — с непривычной мягкостью вновь отказал дядя.

— Да скажи же ей уже, Джеймс! — не выдержав, тётя Фелиция стукнула по столу ребром ладони.

Она так сильно тряхнула причёской, что закреплённые короной на затылке чёрные косы упали на плечи.

— Сказать что?.. — растерянно переспросила я, пока дядя с досадой смотрел на жену.

— Никто не покупал артефакты уже четыре дня, Лиа, — вмешался Лионель. — В лавке почти не было посетителей, а те, кто приходил, хотели лишь поглазеть…

— Не продолжай! — я вскинула руку, чтобы его остановить.

Слова были не нужны. Я и так всё поняла.

В груди разрослась тяжесть, давящая изнутри, и каждый вдох отдавался тупой болью под рёбрами.

За столом воцарилась гнетущая тишина. Я сидела, бездумно всматриваясь в тарелку с нетронутым завтраком, и чувствовала кожей чужие взгляды. Самые разные: липкие, сочувствующие, вопросительные…

— Прошу прощения. Нехорошо себя чувствую, — пробормотала я, не выдержав.

Стул громко скрипнул по полу, когда я резко поднялась, и звук рассёк тишину. Я знала, что все смотрят мне в спину, и от этого кровь приливала к лицу. Я почти бегом выскочила в сад. Немногочисленные слуги оборачивались вслед, и каждый взгляд резал по живому.

Оказавшись среди кустов роз, я обхватила ладонью кисть, где под кожей обычно откликались знакомые магические нити. Но теперь они молчали, будто вымерли.

Сердце ухнуло в пятки. Я поспешно сорвала с пояса тонкий резец-артефактор и крепче сжала его, надеясь ощутить привычный ток силы через металл. Но в ответ — только холод и тишина. Ни отклика, ни даже намёка на магию.