Книга Аленький цветочек. Снять заклятие Яги, страница 35 – Елена Ха

Аленка впервые была на ярмарке, соль она купила сразу, а больше ей ничего и не нужно было. Поэтому она просто шла по торговой площади и рассматривала людей. Все были такие разные, особенно заморские гости удивляли своими пестрыми шелковыми нарядами и огромными странными шапками. К красивой девушке часто обращались, кто-то заигрывал, кто-то льстил в корыстных целях. Но Аленка была хоть и наивной, доверчивой глупышкой, но денег-то своих у нее не было, так что и выгодно продать ей бусики или брошь так никто и не смог.

Устав от суеты, девушка пошла обратно в сторону центральных ворот, да проходя мимо одного переулка, чуть не споткнулась, случайно увидев странную картину: ее сестра Маша прижималась к каменной стене трактира, а над ней возвышался сын старосты Петр. Он поставил свои здоровенные ручищи по обе стороны от головы Маши и что-то ей выговаривал, вид у него был при этом весьма решительный.

Аленка не могла допустить, чтобы ее сестру обижали, она смело кинулась к парню, размахивая тяжелым мешком с солью.

— А ну, отошел от нее, нахал! Думаешь, если сын старосты, так тебе все можно? — зашипела она взбешенной змеей.

Петр растерянно отступил, а Маша, наоборот, пошла навстречу сестре приговаривая:

— Алена, милая, не надо на него сердиться. Петр ничего плохого не делал. Наоборот, это я его обижаю…

— Ты? — удивилась младшая сестра.

Маша кивнула, бросив виноватый взгляд на парня. Тот тут же оказался рядом, прижал ее хрупкое тело к своему богатырскому и заговорил, обращаясь к Алене:

— Да, твоя сестра свела меня с ума, а свататься не разрешает! А я все решил! Мой отец меня поддержал, сказал, что Маша хорошая девушка. Он уже обещал Андрею Федоровичу завтра в гости заглянуть.

— Но он не говорил, зачем придет! Пусть просто о погоде посудачат! — взмолилась Маша, извернувшись в крепких объятиях парня.

— Не бабы они, чтобы зазря судачить! Я все решил. Если не хочешь за меня, откажешь завтра! — буркнул парень и пошел прочь из переулка.

У Маши на глаза набежали слезы, Аленка все поняла без слов, обняла сестру, погладила по дрожащим плечам, спине.

— Варю боишься? — скорее чтобы дать выговориться, спросила девушка.

Маша зарыдала в голос:

— Ты же знаешь, она давно сохнет по Петру. Если он ко мне посватается, она меня со свету сживет.

— Отец тебя должен будет защитить. Если ты станешь невесткой старосты, он будет в ответе за твою жизнь перед ним! — попыталась успокоить сестру Аленка.

— И что он с ней сделает. Она же не только языком жалит, она может и затрещин отсыпать! — размазывая слезы по щекам, причитала Маша.

— Предложи отцу запереть Варю в сарае. Мы-то в нем не один и не два раза сидели, — напомнила Аленка.

Маша горько усмехнулась, оправила нежно-зеленый сарафан, расправила плечи и решительно сказала:

— Если понадобится, я сама ее запру! Отказывать любимому человеку я точно не буду!

— А как у вас все сладилось? — полюбопытствовала Аленка.

Щеки Маши залились нежным румянцем, и она, скромно потупив взор, рассеянно забормотала:

— Случайно встретились как-то у речки вечером… Ну и разговорились… И стали встречаться на том же месте в тот же час… Петр такой веселый, но при этом очень хозяйственный, основательный. Рядом с ним я чувствую себя защищенной, любимой… И ему со мной хорошо. Он говорит, что только я серьезно к нему отношусь. Большинство или в семью старосты хотят, поближе к деньгам и власти, или считают его папенькиным сынком, ни на что не годным. Я не смогу отказаться от него! — пылко закончила свой рассказ девушка.