Книга Землянка для космического генерала, страница 124 – Ксения Старк

В зале повисла напряженная тишина. Я видела, как некоторые судьи отводят взгляды, как переглядываются наблюдатели. И в этой тишине раздался голос.

— У меня есть вопрос к обвиняемой.

Голос был резким, почти звенящим от напряжения. Он принадлежал молодой женщине, сидевшей в дальнем конце судейского ряда. Раньше она не привлекала моего внимания — сидела тихо, почти сливаясь с остальными судьями. Но сейчас, когда она поднялась, я наконец смогла рассмотреть её лицо.

И меня будто током ударило.

Светлые волосы, аккуратно убранные в строгий пучок. Широко посаженные светло-синие глаза. Такие знакомые тонкие черты лица. Она была старше, намного старше — лет на пятнадцать, наверное, чем знакомая мне аворанка. Но сходство было таким разительным, что у меня перехватило дыхание.

Она была копией Эфиры. Только взгляд… В нем не было ни робости, ни страха, которые я так хорошо запомнила по той бедной девушке-технике на «Страже». В нем была только ненависть. Чистая, ледяная, вымораживающая до костей.

— Вы сказали, вам жаль, — обратилась она ко мне, и её голос дрогнул от едва сдерживаемых эмоций. — Вы сказали, что вам жаль каждого из них.

— Да, — ответила я, чувствуя, как внутри все сжимается от этого взгляда. — Это правда. Мне жаль.

— Жаль? — она почти выплюнула это слово. — Вы смеете говорить мне о жалости? После того, что вы сделали?

Она вышла из-за судейского стола, игнорируя протокол, игнорируя все правила. Охрана напряглась, но председатель жестом остановил их. Видимо, решил дать ей высказаться.

— Там были люди, — продолжала она, и голос её звенел, как натянутая струна. — Живые люди. Они не были какими-то безликими солдатами из сводок. У них были имена. Семьи. Те, кто их ждал. Они просто служили. Делали свою работу. А вы... вы убили их. Хладнокровно. И теперь стоите здесь и говорите, что вам жаль?

— Судья Вайра, — начал было председатель, но она отмахнулась, не глядя в его сторону.

— Нет, пусть ответят. Пусть посмотрят мне в глаза и скажут, как они смеют после всего, что сделали, говорить такие слова.

Кассиан шагнул вперед, заслоняя меня собой. Не агрессивно, но очень отчетливо. Его голос, когда он заговорил, был спокойным.

— Мы тоже служили, — сказал он. — Мы тоже делали свою работу. И уж точно не собирались погибать там, на «Страже», только потому, что кто-то в штабе принял поспешное решение, не разобравшись в ситуации. Если бы ваше командование не приказало нас ликвидировать, если бы они хотя бы попытались разобраться, многие из тех, о ком вы сейчас говорите, остались бы живы.

Вайра побелела. Её руки, сжатые в кулаки, дрожали.

— Не смейте перекладывать вину! — выкрикнула она. — На «Страже» был мой родственник! Моя сестра! Она вообще была техником, связисткой! Что она могла вам сделать? Чем она угрожала? Она даже оружия в руках никогда не держала, кроме как на обязательных учениях! А вы... вы убили её вместе со всеми!

Кассиан покачал головой.

— Я никого не убивал просто так, — его голос оставался ровным. — Я не трогал тех, кто не нападал. Все, кто пытался убежать, кто не лез в драку, спокойно покинули крейсер на спасательных капсулах. Если ваша сестра была простым техником, она не должна была оказаться среди погибших. Она вообще не должна была участвовать в перестрелке. Техников в бой не посылают.