Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 15 – Ирэна Рэй

— Герцог, должно быть, счастлив? — последнее слово Катари произнесла тоном ниже, и Риченде показалось, что голос бывшей подруги всё же подвел её. В нём больше не слышалось уверенности и показного равнодушия.

— Безмерно, — с улыбкой солгала Риченда, хотя на самом деле Рокэ о ребёнке даже не знал.

Риченда как сейчас помнила то утро. Её мутило. Голова кружилась, перед глазами темнело, тошнота волнами подкатывала к горлу. Риченда едва успела покинуть постель и добежать до фарфорового тазика для умывания.

Пару минут спустя, когда тошнота отступила, мелькающие круги перед глазами растаяли, а сердцебиение пришло в норму, девушка отдышалась и, плеснув из кувшина воды на полотенце, обтерла им лицо.

Слабость, охватившая тело, дала о себе знать, и Риченда без сил опустилась на пуфик. Всё ещё не до конца осознавая, что произошло, она, словно стряхивая с себя остатки страха, помотала головой, медленно подняла её и взглянула в зеркало.

Белее белого.

— Моё лицо лучше меня понимает, что случилось, — прошептала потрясённая Риченда, осторожно коснувшись рукой своего пока ещё плоского живота. Нехитрый подсчёт лунных дней окончательно подтвердил положение, в котором она находилась.

Ей потребовалось время, чтобы осознать произошедшее, справиться с охватившей её растерянностью и понять своё к нему отношение.

Риченда винила себя за легкомысленность и неосмотрительность. Кого же ещё? Рокэ в конечном счёте ничего ей не должен. Она сама всё закрутила ещё в ту первую ночь, потом вновь сама к нему полезла, придумала себе несуществующую между ними связь, принимая его вынужденную заботу о ней за взаимность, сама переврала реальность на удобный ей манер и оказалась обманутой собственным воображением.

И теперь сама должна была это исправлять. Вот только менять она ничего не хотела. Жизнь наполнилась новым волнующим смыслом. Это чувство грело её изнутри, и она была счастлива его присутствию в своём сердце.

Когда Риченда поняла, что уже безоговорочно любит этого ребенка, следовало подумать, как быть дальше, но самое главное — как сообщить Рокэ? Его слова о том, что в этом браке ребёнок ему не нужен, не выходили у неё из головы.

Она несколько раз садилась писать письмо, но после каждой попытки сминала в руках лист и швыряла его в камин.

«Невозможно, — качала головой Риченда. — Я не смогу это написать». И всё же, что-то следовало предпринять. Слухи по дому разнесутся быстро и, если она сама не сообщит Рокэ, то это сделает Хуан. Риченда не знала наверняка, но предполагала, что он регулярно отправляет хозяину отчёты о текущем состоянии дел.

Герцогиня дёрнула за витой шнур звонка, вызывая горничную.

— Лусия, позови ко мне Хуана, если он в особняке.

— Какие будут распоряжения, дора? — подчёркнуто-вежливо поинтересовался явившийся через пару минут Суавес.

— Есть новость, которую вам лучше услышать от меня, а не от горничных.

На лице Хуана не отразилось ни единой эмоции. Риченда не знала, какие распоряжения на её счёт отставил ему соберано, но после отъезда Алвы Риченда ни разу не ловила на себе мрачных взглядов управляющего.

Рокэ предупреждал, что Хуан отвечает головой за её безопасность, и Риченда не могла не признать, что Суавес добросовестно исполняет приказ хозяина.

Бывший работорговец по-прежнему не нравился Риченде, но Рокэ ему доверял, и это следовало учитывать. Алва всегда умел выбирать людей — все, кто ему служил, отличались самозабвенной преданностью.