Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 43 – Ирэна Рэй

— Ваше Высокопреосвященство, вам бы хотелось видеть мою жену мёртвой?

— Так прямо? — удивился Дорак и внимательно посмотрел на собеседника: — Другими словами: вы хотите знать, был ли это мой приказ?

— Это уже следующий вопрос.

— Что ж… извольте, — лгать и хитрить не имело смысла, Алва умён, и пытаться убедить его в том, что кардинал вдруг воспылал любовью к дочери Эгмонта Окделла, пустая трата времени. — Да и нет. В прошлом я бы предпочёл более сговорчивую герцогиню Окделл, а в настоящем — другую герцогиню Алва. Но это был не мой приказ. Вы удовлетворены моими ответами?

— Вполне.

— Я не удивлён, что вы решили начать с меня.

— Начать? — улыбнулся Ворон. — Что вы, Ваше Высокопреосвященство. Вы бы действовали иначе и довели задуманное до конца.

— Я даже не знаю, радоваться или обижаться, — развёл руками Дорак. Так значит, расследование по горячим следам не принесло результатов, зацепок у Ворона нет, и он взялся за тех, кого подозревает меньше. — Мне льстит то, что вы так хорошо выучили мои методы, но знать, что я оказался в конце вашего списка подозреваемых… Кстати, велик ли он? Может быть, я смогу подкинуть пару имён? Знаете всех своих недоброжелателей?

Алва изогнул бровь в неясном выражении и ответил:

— Меня больше интересуют недоброжелатели герцогини.

— Всё же полагаете, что дело в ней?

На красивом лице резко очертилась линия челюсти, будто Ворон с силой сжал зубы, взгляд ожесточился, но голос звучал всё так же спокойно:

— Безусловно. С тех самых пор, как она вернулась в Талиг.

— Да, я запамятовал, ведь это уже второе покушение.

— Третье как минимум, — уточнил Рокэ. — И начались они до того, как она стала герцогиней Алва.

— Любопытно.

Алва промолчал. Он задумчиво смотрел на восток и казался потерявшим всякий интерес к разговору. В сапфировом взгляде мелькнуло что-то, различить чего кардинал не смог, и быстро утонуло.

Сейчас кардиналу отчего-то казалось, что синие глаза святой Октавии — вовсе не награда, а, скорее, проклятие Алвы. Смерть ходит за Первым маршалом по пятам, но пока забирает лишь тех, кто рядом. Из некогда большой семьи остался лишь синеглазый красавец, которого все считают баловнем судьбы. Но так ли это?..

— Рокэ, что вы думаете о том, что у смерти синий взгляд?

Ворон вскинул голову, в океанической глубине его глаз штормила ярость.

— Пару минут назад вы утверждали, что дело в моих врагах, а сейчас намекаете, что во мне?

— Упаси Создатель! — Дорак и подумать не мог, что Алва так серьёзно воспримет вполне невинный вопрос. — Вы лично отправили в Закат и Рассвет больше душ, чем иные вместе взятые, но люди умирали и до вас. Мне просто любопытно, почему именно синий взгляд? Эта поговорка возникла ещё в древние времена, а вы весьма сведущи в истории, бывали в Гальтаре.

Взгляд Алвы смягчился, и он даже позволил себе некое подобие улыбки.

— Когда-то я слышал легенду о Синеглазой сестре смерти. Она обитает в подземных лабиринтах под Гальтарой и стережёт покой запертых там Изначальных Тварей. Но если вы спросите, не встречал ли я её во время своего вояжа в старую столицу…

— Уверяю вас, я ещё не впал в детство, — рассмеялся кардинал. — Хотя всё это весьма занятно. Собираетесь в Кэналлоа этой зимой?

— Как только герцогине станет лучше.

Дорак мысленно улыбнулся и кивнул головой.