Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 88 – Ирэна Рэй

Сильвестр опустил руку, дотронулся пальцем до поверхности, и по спокойной водной глади пробежала лёгкая зыбь.

— Ваше Высокопреосвященство! — раздался откуда-то снизу голос младшего секретаря.

Дорак поднялся, на его лице застыло выражение напускного спокойствия. Негоже подчинённым видеть кардинала Талига меланхолично созерцающим парковые красоты.

Новости, вероятно, были важными, потому как секретарь на удивление быстро поднялся вверх по узкой каменной лестнице.

— Первый маршал убил всех своих противников, — сообщил запыхавшийся помощник.

Сильвестр бы удивился, будь иначе. Для Алвы что один, что четверо.

— Подробности? — коротко осведомился Дорак.

— Человек, который был на месте дуэли, доложил, что герцог Алва приехал в Ноху раньше времени, но в условленном месте появился с десятиминутным опозданием. Порядок поединков определил жребий. Первым дрался граф Придд, вторым и третьим стали Ги Ариго и коменлант Килеан-ур-Ломбах. Иорам Ариго бросил шпагу и пытался убежать, но герцог потребовал у секунданта пистолет и застрелил графа. После этого маршал Алва и секунданты всех сторон направились в особняк кансилльера, где находились с полчаса, и разъехались. Сейчас герцог в своём особняке на улице Мимоз. Граф Штанцлер отправился во дворец.

Дорак задумался. Информации о дуэли было маловато.

— Пригласите ко мне секундантов. По очереди.

— Хорошо, Ваше Высокопреосвященство.

Секретарь убежал выполнять поручение, а кардинал неспешно пошёл в обход — с восточной стороны путь к Королевскому источнику был не таким крутым, хоть и занимал больше времени. Но сейчас Сильвестр не торопился. Ему всегда лучше думалось и вспоминалось на ходу под размеренный ритм шагов.

Мотивы Рокэ Сильвестр понимал: тот практически преподнёс ему заговорщиков на блюдечке и потому не одобрил, что Килеана и Ариго отпустили, поэтому Алва предпринял собственные меры. Странно другое — эти трое должны были обходить Ворона стороной, но поддались на провокацию и настояли на дуэли. На что они рассчитывали?..

После бесед с секундантами ситуация несколько прояснилась. Все свидетели сошлись на том, что об опаздывающем Вороне противники, в частности, оба Ариго и Килеан, казалось, знали больше других.

Иорам Ариго, известный своей трусостью, даже начал иронизировать по поводу задержки, но как только Алва наконец появился, троица выглядела даже не удивлённой, на их лицах читалось искреннее изумление, будто они были уверены в том, что герцог не придет.

Любопытно было и то, что Ворона во время дуэли все свидетели как один охарактеризовали одинаковой фразой: в глазах маршала горело Закатное пламя.

Методично расправившись с противниками, Алва напомнил, что кансилльер вчера приглашал оставшихся в живых на завтрак. Ему никто не посмел отказать, и вся компания отправилась в особняк Штанцлера в Огородном предместье.

Кансилльер был поражен появлением на его пороге Ворона, но, по свидетельствам очевидцев, изо всех сил пытался сохранить лицо.

От завтрака гости отказались, и тогда Алва предложил выпить вина, дюжину бутылок которого прислал Штанцлеру ещё накануне.

Полковник Мевен вспомнил, что на руке Алвы сверкал перстень с рубином. Он бросался в глаза, ведь Ворон не носит ничего, кроме сапфиров.

Герцог сам разлил вино, один из бокалов поднёс кансилльеру, пространно упомянув о каком-то ночном душеспасительном разговоре. Штанцлер переменился в лице и отказался пить, после чего, к изумлению окружающих, Алва выхватил пистолет и направил на графа.