Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 90 – Ирэна Рэй

Риченда спустилась на поздний завтрак в малую столовую. На небольшом столе было сервировано всё, что она любит: шадди со сливками, яйца пашот, паштет из трюфелей, печеные яблоки в меду и фирменные булочки кухарки Кончиты.

— Кажется, я опоздал, — донесся со стороны двери знакомый голос, и Риченда, не в силах удержаться, улыбнулась. Интересно, так будет всегда, когда одно лишь звучание его голоса вызывает в ней волнение?

Рокэ остановился за её креслом, его руки легли ей на плечи, а на изгиб шеи опустился лёгкий поцелуй.

— Доброе утро.

— Очень доброе, — очередная улыбка неудержимо сорвалась с её губ.

Рокэ занял место во главе стола, слуги поставили на стол новые блюда и удалились.

А потом вдруг повисла пауза, в которой Риченда пыталась понять природу их молчания и осознать, стоит ли его нарушать. Склонив голову набок и подперев рукой подбородок, она смотрела на мужа, пытаясь разгадать его настроение.

Что-то неуловимое, замеченное на каком-то интуитивном уровне и пока не вытянутое из подсознания наружу, настораживало её, но она никак не могла понять, что именно. Возможно, она зря тревожится и ищет то, чего нет, просто очень боится, что их с таким трудом обретённое счастье может что-то нарушить.

— Лопе варит лучший шадди в Талиге, — Рокэ сделал короткий глоток, довольно прищурившись, посмаковал напиток и добавил: — Но в Алвасете остался Мергэллах, так вот он — просто кудесник. Ты непременно оценишь.

— Он багряноземелец?

— Самый настоящий и не выносит холодов, поэтому никогда не покидал Кэналлоа.

— А ты бывал в Багряных землях?

— Да. У меня там четыре племянника, — улыбнулся Рокэ. — Занимательный был вояж. Их жизнь, культура и обычаи разнятся со всем, что мне приходилось когда-либо видеть. Даже несмотря на то, что все кэналлийцы немного багряноземельцы.

— А мне кажется, из тебя получился бы блестящий нар-шад.

Рокэ с интересом приподнял бровь.

— Белоснежный шатёр посреди пустыни. Внутри — шкуры леопардов и цветастые узорчатые ковры, — Риченда представляла то, что читала в книгах о южных землях. — Шёлковые и атласные подушки, украшенные яркими разноцветными кистями. Багряноземельные сладости и вино, а ещё…

— Гарем… — мечтательно произнёс Рокэ, и Риченда возмущённо встрепенулась.

— Что?!

Искры смеха прожигали синие глаза, Риченда отщипнула от кисти чёрную виноградинку и бросила в мужа. Рокэ непроизвольно отклонился, избегая попадания и, более не сдерживаясь, прыснул со смеха.

— Ужасные обычаи, — сказала Риченда. — Я бы никогда не согласилась стать второй или третьей женой.

— Их может быть гораздо больше, но всё зависит от договора. Инес была единственной женой нар-шада Шауллаха.

— Ты её помнишь? — осторожно спросила Риченда.

— Мне не было и четырёх, когда сестра вышла замуж.

— Очень жаль, что я уже не смогу узнать никого из твоей семьи, — с сожалением сказала Риченда. Как бы она хотела дать ему то, чего он долгие годы был лишён — тепло семейного очага.

— Расскажи мне о Кэналлоа, — попросила она. — О чём захочешь.

Они завтракали и разговаривали. Рокэ со знанием дела рассказывал о вине и виноградниках Гостильской долины, потом об Алвасете.

Идиллию нарушил стук в дверь, по которому Риченда безошибочно узнала Хуана.

— Прошу прощения. Соберано, срочное послание от Его Высокопреосвященства.